3
0Но, видимо, так. При таких условиях мне ничего не остаётся, кроме как предложить забыть о том, что произошло между нами, и двигаться дальше. Ну ты, как согласна? – он дружелюбен, и от этого ещё обиднее. Потому что теперь он как чужой.
Кажется, он пропустил мимо ушей, что я ему сказала.
Сглатываю, всё ещё хочу заплакать, но не буду. Это покажется крайне нелепым.
– Вы не готовы подождать совсем немного?
– Я, если честно, не понимаю, чего ждать? Твои сомнения трактую как нежелание сделать выбор. А меня никогда не выбирали по остаточному принципу.
– Понимаете, у Даниила мама болеет, ему нужна моя помощь.
– Ты опять со мной на вы. Словно барьер специально между нами возводишь. Я же сказал, когда мы одни, говори со мной на ты. Если ему помощь нужна, давай я помогу. Но разово. Ты ему просто скажи, что больше не с ним и замуж за него не пойдёшь. Это сложно?
– Это жестоко делать именно сейчас. Дайте пару недель, когда у него всё наладится.
– Ну, как знаешь. С ним жестокой, значит быть не хочешь, а со мной, получается, можно! Класс…
Сравнил! У Дани денег ни копейки и мать больная, а Денис Константинович денег не считает и родни у него, как я поняла, рядом нет.
Это какой-то замкнутый круг…
Всё-таки не сдерживаюсь, начинаю плакать прямо при нём.
– А ревёшь-то чего? – голос становится стальным. – Жалеешь? Кого? Его? Себя? Или того, что между нами было? Коришь себя, что уступила мне, повелась на эти эмоции? – злится, и кажется, что сейчас взорвётся. – Если ты боишься, что я тебя уволю, из-за того, что ты решила мне отказать в отношениях, так сказал же, я такой ерундой не занимаюсь. Знаешь, может это и к лучшему, что ты такая правильная и честная! Потому что, больше с тобой трах.., – неожиданно замолкает, словно понимает, что говорит что-то не то, – никаких отношений больше с тобой, кроме деловых не допущу.
Он зол, и боюсь, сейчас я ничего ему не докажу, даже если захочу.
Денис Константинович довольно импульсивный человек, это я уже давно поняла. Он живёт во всём на полную катушку: в эмоциях, желаниях, поступках.
Я так не умею, и, пожалуй, в силу своего слабовольного характера не научусь.
– Можешь идти, – отворачивается от меня.
Замечаю, как ходуном ходит его челюсть. Он в бешенстве. Я уже выучила его эмоции на лице и что каждая из них хочет сказать.
Сбегаю из кабинета и закрываюсь в туалете. Плачу тихонечко, жалея себя. Да, да, именно себя.
Потому что тянет к нему, потому что хочу быть с ним. И шанс был. И он открыто заявил о таком желании, а я всё испортила.
Но я ведь не со зла. Разве быть милосердной по отношению к другому человеку – это плохо?
Уверена, он оскорбился от моей нерешительности. А кто бы не оскорбился?
Скорее всего, придётся искать другую работу.
Я обязательно ему всё объясню, когда он успокоится и когда я с Даней расстанусь.
