Деспот

Она тоже начала нервничать. Да, именно это мне нужно было.

- Довольна? - девушка хохотнула, унижая меня еще сильнее. - Нет. Пока что нет... Буду довольна, когда ты уберешься из нашей жизни.

- Из вашей жизни? — теперь пришла моя очередь смеяться. — Твоей жизни и Баграта? А он в курсе, что жизнь, оказывается, у вас общая? Что-то ты высоко взлетела... Не будет больно падать?

Лицо Камиллы исказила злость.

- Да как ты смеешь? - прошипела девушка, наклоняясь ко мне. Только сейчас я поняла, что она была выше. Но меня это не пугало. - Жизни меня учить вздумала? Ты? Мать-кукушка!

Клянусь, я не хотела этого делать. Не хотела. Но вот мои пальцы сжали в кулак, рука поднялась... И я ударила Камиллу. Мой кулак с жутким хлюпающим врезался в нос этой суки.

Девушка тут же рухнула на пол, прижимая руки к окровавленному лицу. Все сразу же бросились к Камилле. Только Элая осталась стоять в стороне. Она смотрела на меня, но я не могла ничего прочесть в ее взгляде. Ни осуждения, ни злости, ни жалости.

Ее взгляд был пустой.

И мне стало вновь страшно. Я потеряла и ее.

Очередная потеря. Но справлюсь ли я?

Я быстро поднялась в свою комнату, закрыла дверь и пододвинула комод, чтобы никто не зашел."

"Прислонилась к стене и медленно сползла на пол, прижимая шкатулку к груди. В моем секрете больше нет смысла. Закрыла глаза и почувствовала, как по щекам побежали слезы.

Я больше не могла держать это в себе. Слишком долго. Целых пять лет я молчала. Никому не рассказывала.

Да, Камилла была права.

Я - мать-кукушка. Но можно ли вообще назвать меня мамой? Ни одна нормальная мать не оставит своего ребенка. Так можно ли назвать меня мамой?

Нет, нельзя. Я ненавижу себя за этот поступок. И всегда буду ненавидеть. Я не ищу себе оправданий, но тогда у меня не было выбора.

Я была молодой. Да, черт возьми! Я была подросткам! Но, когда узнала, что беременна, я не получила поддержки: ни от мамы, ни от своего парня, отца ребенка. Я осталась наедине со своей проблемой.

А может... Может я все-таки могла оставить свою малышку себе? Не было этих долгих мучений. Но сейчас я понимаю, что скорее всего у меня бы отобрали девочку.

Я продолжала вспоминать те годы. Да, возможно я жалела себя сейчас. Но мне это было нужно. Я вспоминала, как выглядит моя дочь.

Я знала, как она взрослела. Я видела ее взросление. Но не учувствовала в этом.

Мои тихие рыдания быстро скатились в грандиозную истерику.

Я легла на пол, свернувшись в позу эмбриона. И не отпускала шкатулку. Она моя!

Я плакала и звала ее. И понимала, что виновата только я. Я всегда это знала. Но от этого легче не становится.

Мне казалось, что кто-то зовет меня по имени. Но я понимала, что это всего лишь мне кажется. Никто в этом доме не будет меня звать после случившегося.