Дерзишь, темненькая моя?! (СИ)

В месте, где я построил дом, все несколько иначе. Но все же есть проблемы с дорогами: зимой их снегом заметает; осенью и весной их размывает; а летом там чудесная речка, лес…

— С умертвиями, — вырвалось у меня.

— Ну почему сразу с умервиями, где ты рядом со столицей видела-то нежить?

Я пожалела о том, что не сдержалась. Было, правда, интересно узнать, где у него дом и как он выглядит. Поэтому я смолчала, лишь невинно хлопнула глазками и мило-глупенько улыбнулась.

— Прекрати, — серьезным тоном шикнул на меня Этьер, — не делай так в моем присутствии. Я ненавижу, когда ты включаешь игру в «дурочку».

Я вполне способен понять, почему лес вызывает у тебя ассоциации с умертвиями, потому как прекрасно осведомлен, что уже дважды в течение года ты чуть не стала их добычей. Прояви ко мне хоть каплю уважения, а не прикрывайся маской недалекой особы. Хочешь что-то сказать, так говори без всего этого лицедейства.

Я поджала губы. Он вроде и не сказал ничего такого, но задел за живое. Словно в душу глянул. А я этого не любила - там я хрупкая и ранимая. Там я слабая.

— Хорошо, господин соф Лумье. Да, я считаю лес опасным. Не понимаю, как можно жить в подобном месте, рожать детей и гадать сожрут их или покусают.

Я не понимаю, как можно жить вот в таком городе, как этот. Ходить по дорогам без тротуаров. Смотреть на обшарпанные фасады зданий, платить деньги за товар, который при тебе обваляли в земле. Как можно так жить и не делать ничего. Вы это хотели от меня услышать?

— Да, — Этьер улыбнулся, — мне интересна твоя точка зрения. Мне хочется порой ее услышать. Значит, в доме за городом ты жить бы не согласилась?

— Я не знаю, не видела я таких домов, — честно ответила я.

— А поместье твоей матери?

— Я там не была ни разу, — я призадумалась, — но место там опасное. Нежити много.

— Поэтому тебя туда не возили? — расспросы Этьера становились мне в тягость - я не любила рассказывать о себе.

— Нет, не поэтому. Моя мать ездила к любовнику, я им там была не нужна. Дочерей, знаете ли, на супружеские измены не берут."

"— Понятно, — мужчина примирительно улыбнулся и развел руки в стороны, — не злись, малыш. Мне просто любопытно, мы ведь редко разговариваем, а тут такой случай. Значит, с родителями у тебя было совсем плохо?

Вот она самая щекотливая тема.

Но почему-то сейчас мне захотелось рассказать, может Этьер и циник, но все, что я ему скажу, останется только между нами и дальше этой кареты не уйдет. В этом я была абсолютно уверена.

— Мои родители были закостенелыми аристократами, которые вступили в брак с целью появления сильного наследника мужского пола. Мама была слишком горда, чтобы слышать за своей спиной сплетни о ее супруге и его многочисленных любовницах. Ее не задевал сам факт измены, только лишь слухи, что они порождали.