Буду покорной

Что за дикое желание портить красоту?

– Ты красавица, Ника, – хрипло произнес я низким голосом, и вслед за ней стянул свою футболку, оставшись только в джинсах и ботинках.

Ника неуверенно пятилась от меня, пока я наступал, а потом ступила на красный крестик, нарисованный на полу.

– Стоп, – приказал я, и она буквально вросла босыми стопами в пол. Я наслаждался тем, как она смотрела на меня испуганно и в то же время заинтересованно широко открытыми глазами. Я подошел ближе, склонился к ней, и Ника подалась немного вперед, ожидая от меня поцелуя. У самых ее губ я произнес низким голосом Доминанта: – Запомни: ты в безопасности.

Что бы ни происходило, ты в любую секунду можешь остановить это. Достаточно сказать всего одно слово. Какое это будет слово, Ника?

– Перестаньте? Стоп?

Я покачал головой.

– Что-то совершенно нейтральное. Не связанное с моими действиями и твоим телом.

– Стоп-слово, да?

– Да.

– Тогда «красный»?

Я усмехнулся. Классика не стареет.

– Сегодня я не буду особо жестить, но ты получишь свой оргазм.

– Вы обещали…

– Не прикасаться к тебе, я помню, – заканчиваю за нее.

 – Мои руки, губы, член… как бы сильно я ни хотел сейчас использовать все это… к тебе не прикоснутся. Только игрушки. И, как и обещал, я не затрону твои интимные зоны. – Я поднял руки и навис ладонями над быстро вздымающейся грудью Ники так, чтобы она наверняка почувствовала жар от моих рук, но они не коснулись ее тела. Это было волшебное ощущение, когда ее соски затвердевают только от того, что она чувствует вибрации, исходящие от меня, без касания. Скоро ей будет мало просто жестов, она захочет, чтобы я прикоснулся, сжал, потянул. Но я подожду, пока она сама не попросит. А она будет умолять, это лишь дело времени. – Я не коснусь груди. – Я провел ладонями ниже к паху, на расстоянии «накрыв» спрятанный за кружевом бугорок и нежные губки. – Не коснусь тебя между ног. Все остальное будет в моем распоряжении. Правда, сладкая?

– Да, – выдохнула она.

– Тогда приступим.

Я поднял руки и провел по плечам Ники костяшками пальцев, она вздрогнула и кожа тут же покрылась мурашками. Такая отзывчивая девочка, а я еще удивлялся, почему так сильно ее хотел. Вот же она: вся передо мной.

Такая сладенькая, трепетная, жаждущая. Что ж тебе недодавал твой ванильный парень? Спустившись по ее рукам к запястьям, я аккуратно обхватил их и поднял у нее над головой. Изо рта Вероники вырывалось частое, прерывистое дыхание, щекоча мою грудную клетку. Хотелось перехватить это дыхание и проглотить, не оставляя ей ничего. Выжать до нитки, оставив только оболочку. Отправить в сабспейс, наслаждаясь видом того, как она парит. Но пока еще было рано даже заговаривать об этом, не то что практиковать.