Буду покорной

Вскочил и, не думая дважды, быстро обулся, схватил ключи, куртку и выбежал из квартиры. Если не обманывать себя, то можно было бы признать, что я нашел повод для встречи с ней. Но если, блядь, она собиралась использовать снимки в рекламе, она еще неделю не сможет сидеть. Я выпорю эту засранку.

Я мчал по городу, боясь опоздать. Знал, что через пятнадцать минут Ника должна была выйти из офиса, и торопился застать ее там. Сердце выпрыгивало из груди, а член наливался, становился тяжелый в предвкушении нашей встречи. И пускай она не предвещала никакого сексуального контакта, это не мешало мне хотеть Веронику.

Я тормознул у входа в офис, заглушил мотор и стал ждать. Десять минут, двадцать. Люди потоками покидали здание бизнес-центра, а ее нигде не было видно. Я достал телефон, набрал номер, с удивлением обнаружив, что она заблокировала меня. Набрал еще раз с тем же результатом. Я решил встретить ее дома и сорвался с места. В конце концов, туда она точно должна была прийти рано или поздно. И я не мог усидеть на месте, мне надо было двигаться. Волнение накатывало на меня, как цунами, когда я думал о нашей встрече.

Я быстро набрал код на домофоне и, как только дверь пикнула, открывшись, вбежал по лестнице до лифта, а потом нервно дергал рукава куртки, пока не вышел на нужном этаже.

Не знаю, что меня побудило нажать сразу на дверной звонок, но я это сделал. А потом прислонился спиной к стене рядом с дверью, понимая, что поторопился, вряд ли Ника могла быть дома в это время. Но дверь неожиданно распахнулась. Я резко развернулся и застыл на месте. На пороге квартиры, которую я, блядь, снял для Ники, стоял ее благоверный Дима. Очень неожиданно.

– Какого хера ты тут делаешь? – прорычал я.

– Хотел спросить тебя о том же. Долг выплачен. До свидания.

Он попытался закрыть дверь, но я подставил ногу.

– Где Ника?

– В душе, – ответил он, криво ухмыльнувшись.

В душе. Она, блядь, в душе! В то время, когда он у нее дома! Внутри меня гремели взрывы, а перед глазами вставала красная пелена. Меня посетила догадка, в которую я не хотел верить. А что, если она была его сообщницей и знала обо всех его махинациях? Что, если это была такая схема: он кидает кого-то на крупную сумму, а потом она своим телом отрабатывает выплаченный долг.

Надо быть откровенным, стоимость квартиры этого придурка полностью покрывала его долг перед бандотой, так что я ничего не потерял. Судя по всему, кроме своего сердца. И сейчас я был в унизительном положении. Я стоял у ее двери и разговаривал с чуваком, который, судя по всему, так и остался с ней.

Я сделал шаг назад, чтобы ретироваться и наконец исчезнуть из жизни Ники. Даже если она не была замешана в мошеннических схемах, это не отменяло того факта, что она позволила ему вернуться. Было ли мне больно? Пиздец как.