Буду покорной

– Вернулась? – послышался слева голос Клима, и я резко повернулась, чтобы посмотреть на него. В сердце забрезжила надежда, отзываясь гулкими ударами где-то внизу живота. Я молча кивнула, завороженно наблюдая за тем, как Клим подходит к холодильнику. Скользнув ладонью по бедру Аланы, он мягко отодвинул ее в сторону. – Надо молока купить, – произнес он обыденным тоном.

Я продолжала стоять и наблюдать за этой картиной. Такой уютной, естественной. Словно самая обычная пара встретилась дома вечером после работы, и готовится поужинать. Они будут делиться своими впечатлениями о прожитом дне, шутить, смеяться, обсуждать курьезные моменты.

А я была как будто лишняя. Словно пятое колесо в машине, которое всегда лежит в багажнике на случай, если одно из основных повредится. Помявшись на месте, я решила сбежать в безопасность спальни Клима, чтобы взять тайм-аут и перегруппироваться. Ну, или во всяком случае, не испытывать неловкость.

Войдя в комнату, я опустилась на кровать и уперлась ладонями в колени, осматривая обстановку. Все уже было таким знакомым и одновременно с тем совершенно чужим и новым для меня.

Не успела я погрузиться в раздумья, как дверь спальни открылась и вошел Клим.

– Не очень удачный день? – спросил он, останавливаясь напротив.

– С чего ты взял?

– Ты какая-то растерянная. И расстроенная.

– Клим, почему Алана здесь? – спросила устало.

– Потому что живет здесь, – спокойно ответил он. – Тебя это беспокоит?

– А если скажу, что да, она уйдет?

Клим, прищурившись, посмотрел на меня и медленно покачал головой, и этот жест заставил меня окончательно скиснуть.

– Что тебя не устраивает, Ника?

Я качнула головой. Ну как можно было сказать ему правду, учитывая, что он мне ничего не обещал? Зато наверняка обещал Алане как рабыне.

– Вслух, Вероника, – жестче произнес Клим.

– Я не хочу… – начала дрожащим голосом, сглотнула ком в горле и продолжила: – чтобы она была здесь.

– Почему?

– Потому что просто не хочу.

– А теперь правду.

– Потому что ревную, – сказала так тихо, что сама еле услышала себя.

– Громче.

– Потому что ревную! – выкрикнула, испугав саму себя такой выходкой.

Клим нахмурился и пару минут молча сверлил меня взглядом.

– Если это приносит тебе такие неимоверные мучения, я не держу.

Ты свободна.

– В каком смысле?

Мне захотелось отрицательно крутить головой и кричать, что я не хочу быть свободной, я хотела принадлежать Климу.

– В таком, Ника. Ты свободна. Можешь уйти хоть сейчас.

Мне показалось, или я все же увидела печать тоски, которая легла на его лицо? Нет, наверное, мне просто хотелось верить, что ему было не наплевать.

– Но две недели еще не закончились.

– Ника, – резче, чем предполагала ситуация, произнес он, – я сказал, что ты свободна.