Буду покорной

Паддл сменился чем-то, от чего удары были значительно ощутимее. По звуку я могла предположить, что это плетка, потому что перед каждым ударом я слышала свист в воздухе, который больше пугал звуком, чем ощущениями на коже. Соски терлись о нежную ткань шелковой простыни, но ощущалось это так, словно я ерзала ими по наждачной бумаге.

– Блядь, это выше моих сил, – прорычал Клим, отбрасывая плетку."

"К этому моменту я уже плавала где-то за границами реальности. Чувство эйфории, разлившееся по телу, не давало мне вернуться в нормальное состояние. Я задыхалась от переполнявших меня эмоций, уже долгое время балансируя на краю оргазма, но все никак не в состоянии расслабиться настолько, чтобы он наконец накрыл меня с головой.

Я слышала шуршание одежды, грохот пряжки ремня, какие-то еще звуки, которые для моего затуманенного сознания сливались в единый нестройный гул. Какофонию, среди которой я не могла различить отдельные звуки. А потом Клим дернул меня за бедра вверх так, чтобы я оказалась в коленно-локтевой позе, но с вытянутыми вверх руками.

– Не знаю, что ты сделала со мной, Ника, – тихо произнес Клим мне на ухо, потянув за ошейник, – но это очень хреновое ощущение.

От его слов мое тело снова вздрогнуло, а в следующий миг Романов ворвался в меня на всю длину, и оргазм наконец пронзил все мое тело от макушки и до кончиков пальцев на ногах. Я так сильно дрожала, что слышала грохот цепей, на которых были закреплены наручники, сковывающие меня. А Клим даже не притормозил, позволив мне дрейфовать на волнах удовольствия. Он раз за разом вколачивался в мое тело, не позволяя даже сделать полноценный вдох. Его проклятия смешивались с моими криками и стонами, он все сильнее тянул за ошейник, лишая меня кислорода.

И теперь, когда я снова была готова кончить, Клим остановился, сдернул ошейник, снял наручники и поднял меня за шею так, что я выгнула спину и вцепилась пальцами в его бедра. Я слышала его тяжелое дыхание и, казалось, могла почувствовать спиной его сердце, которое грохотало не меньше моего.

– Это пиздец, девочка, – прохрипел он мне на ухо.

Толчки возобновились, но стали еще жестче. Я не могла и подумать, что такое возможно, но факт. Не казалось, что я ощущала член Клима где-то у самого пупка, настолько глубоко он всаживал его в меня.

Клим перехватил меня за шею, сжал ее, полностью перекрыв мне кислород. Я в панике вцепилась в его руку, но Клим мягко отвел мои.

– Тихо-тихо, – спокойно сказал он. – Сделаешь вдох, когда я скажу. Я не собираюсь душить тебя. Доверяй мне.

Клим долбился в мое тело, а я никак не могла понять, какие ощущения были острее: то ли там, внизу живота, то ли в голове, где уже плыло сознание, а кровь прилила настолько сильно, что я чувствовала, как она стучала в висках.