0
0Перехватываю инициативу, загоняя его в угол. Неожиданно он бросает защиту и прёт напролом, пытаясь сбить меня с ног. Отскакиваю в сторону. Громила с разворота бьёт в живот. Уклоняюсь — его кулак рассекает воздух. Он теряет равновесие. Вот он — мой момент!"
"Резко разворачиваюсь и со всей дури бью ногой ему в спину. Глухой удар — и громила растягивается на ринге, впечатываясь рожей в линолеум. Толпа орёт как резаная. Уши закладывает. Противник пытается встать, но я уже наваливаюсь сверху, вдавливая коленом в спину. Он бешено извивается, но я держу крепко. Шепчу ему на ухо:
— Сдавайся, чувак, это конец.
Он ещё пару секунд дёргается, но потом обмякает. Сдался. Встаю. Меня накрывает волной триумфа. Вскидываю руки — и толпа взрывается рёвом. Астор подлетает ко мне, хватает за онемевшую от ударов руку и поднимает вверх, объявляя победителем.
Адреналин всё ещё бурлит в крови. Ловлю ошалевший взгляд Ричарда. Его рожа перекошена от злости. Нет ничего слаще, чем победа над соперником и над самим собой. Толпа скандирует моё имя. Пот заливает глаза, но я улыбаюсь во весь рот. Пускай завтра всё тело будет ныть, но сейчас я на вершине мира.
Глава 43. Мелисса
Дни с Демианом — как американские горки эмоций. Я кайфую, когда мы вместе, особенно по ночам. Стоит ему дотронуться — и меня пробивает током с головы до пят. Когда мы вдвоем, весь мир будто испаряется. Есть только мы и наша страсть. Демиан смотрит на меня так, что я таю.
От его взгляда внутри всё горит. Я залипаю на его мужественное лицо и накачанное тело. Хочется раствориться в нем без остатка. После дикого секса я отключаюсь, уткнувшись в его крепкую грудь. Утром он будит меня поцелуями, и я улетаю.
Сижу на своей кровати, пытаясь сосредоточиться на книге, когда слышу, как Джина резко выдыхает. Ее внезапная реакция заставляет меня оторваться от чтения. Джина выглядит потрясенной, уставившись в экран телефона.
— Это просто жесть какая — то, — выпаливает она.
Откладываю книгу, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство.
— Что случилось? — спрашиваю, пытаясь сохранять спокойствие.
Джина молчит несколько секунд, словно не в силах произнести слова вслух. Наконец, она выдавливает:
— Наш дядя… он покончил с собой сегодня утром.
Эти слова словно ударяют меня под дых. Воздух в комнате мгновенно становится густым и тяжелым. Застываю, не в силах осмыслить услышанное. В голове пусто, как будто все мысли разом испарились.
— Как это произошло? — осторожно нарушаю тишину, пытаясь подобрать правильные слова.
— Суицид, — коротко отвечает Джина.
Ее голос звучит странно отстраненно.
— Не верится, что дядя Эрик так поступил. Я его особо не любила, но… черт! Это так внезапно.
Пытаюсь осмыслить ситуацию.
