9
0А он смотрел на меня так, как смотрят на прекрасные картины, и уголки его губ были приподняты в улыбке. Во взгляде Даррела было что-то непонятное. Загадочное, прекрасное, древнее… Притягательное. Я поймала себя на мысли, что мне хочется смотреть в его глаза вечно.
- Ты красивая, Белль, - сказал Даррел и протянул руку к моему лицу. Дотронулся до подбородка, улыбнулся шире. Дождался ответной улыбки и коснулся губ кончиками пальцев.
«Нельзя смотреть в глаза чудовищам и королям», - снова вспомнила я старинную поговорку.
«А если чудовищем стала ты? - прошептала тьма, что таилась внутри. Нет, не стала! Я – это я. И точка.
Я отогнала прочь вкрадчивый голос, а Даррел тем временем очертил пальцем контуры моего рта.
- У тебя губы всегда горячие, - прошептал он, глядя на меня снизу вверх. – Будто ты целовала огонь.
Я укусила его за палец – не больно, ради забавы, а он рассмеялся, убрал руку и смиренно положил ее на свою грудь.
- Веди себя спокойно, раз уж выбрал мои колени в качестве подушки, - попросила я, а сердцебиение все не успокаивалось.
- Тогда спой мне, - попросил Даррел. – Ты в детстве часто пела.
Его просьба заставила меня растеряться. Спеть? Петь я умела, но никогда не пела мужчинам. Но все же я решилась:
- Спи, мой хороший, сладко,
Пусть звезды тебе приснятся.
Пока ты лежишь в кроватке,
Они будут тебе улыбаться.
Во сне ты будешь, как ветер
И любые разгонишь тучи.
Ты самый чудесный на свете.
Ты у меня самый лучший…
Глаза Даррела медленно сомкнулись – сон уносил принца прочь. Он спал, положив голову на мои колени, а я гладила его по волосам и тихонько напевала полузабытые мелодии из детства. А пламя все так же уютно трещало в камине.
Не знаю, сколько мы так просидели – час или два, а может быть, больше. Я сама уже начала засыпать. Но в какой-то момент в дверь аккуратно постучались, и Даррел встал. Ему пришлось уйти – было поздно, да мне и самой пришлось готовиться ко сну, ведь завтра начиналась учеба. Девочки, разумеется, уже ушли к себе, но я была уверена, что мы встретимся после ужина.
Уже перед тем, как пройти в спальню и лечь в кровать, я взгляну на затухающий огонь в камине и поняла, что пламя стало темным. В недоумении я подняла руку и привычно вызвала огонь – он тотчас заплясал на кончиках пальцев. Только он больше не был светло-золотым. Мой огонь потемнел.
Поняв это, я резко потушила его и обхватила одну ладонь другой. Крепко, до легкой боли, сжала. И зажмурилась.
Как же так?.. Неужели тьма берет вверх?!
- Ваша милость, - раздался голос Леи позади. – С вами все хорошо?
Я распахнула глаза и повернулась к ней.
- Да, все в порядке, - ровным голосом сказала я. – Потуши, пожалуйста, огонь в камине, и иди спать. Уже поздно.
- Хорошо, ваша милость. А вы… вы точно в порядке?
- Точно.
