9
0Но только если мы были наедине. Если же рядом был кто-то, она обращалась ко мне иначе – ваша милость."
"– Нет, рэйгос, – ответила я. – И это так странно.
– Почему же?
– Прежняя Белль дрожала бы от страха, зная, через что ей предстоит пройти. А я просто жду, когда это закончится, потому что много дел.
– Всем свойственно меняться, – сказала эльфийка.
– Но я меняюсь слишком быстро для человека.
– Вы и не человек. Дракон, – просто ответила она. – У вас все иначе. Пора выходить. Гвардейцы ждут вас.
Я кивнула, и мы пошли к дверям. Однако Анайрэ остановила меня и заплела волосы в эльфийскую косу, вплетя в нее синюю ленту. Они считали синий цвет цветом победы.
– Вы победите, – сказала эльфийка. – Просто делайте то, чему вас учили все это время. И не теряйте гордость. Гордость – ваш меч.
– А щит? – улыбнулась я.
– А щит – ваша вера.
– Госпожа, вы обязательно одержите верх! – появилась Лея, и я улыбнулась ей.
Мы покинули мои покои и тоже направились к стадиону, но путь наш лежал не к главному входу, а к северному – для участников.
Я шла по дороге, вдыхая весенний аромат – свежий, терпкий, пропитанный теплом солнца и сладостью звездного колокольчика, красивых синих цветов, что распускались одними из первых. Звездные колокольчики были символом звонкого[1] месяца и одними из моих любимых цветов.
В десять я и другие участники вошла в подсобное помещение, где нас встретили магистры и ректор. Нам провели процедуру регистрации, дали последние наставления, в который раз напомнили о том, что состязания должны проходить честно и прочитали небольшую лекцию по безопасности.
Шевер, разумеется, была среди присутствующих и держалась по-обыкновению, уверенно и с достоинством. Когда наши взгляды встретились, я предостерегающе улыбнулась ей, и ее красивое лицо на мгновение перекосило от отвращения.
Она ненавидела меня. И не собиралась проигрывать. А мне была нужна лишь победа.
В одиннадцать на стадионе началась тожественная часть. Разумеется, я не видела ее, но слышала, как восторженно кричат трибуны. Кажется, лучшие иллюзионисты империи устроили прекрасное шоу.
В половину двенадцатого я и остальные участники вышли, наконец, на середину поля под шум трибун. Казалось, на стадионе собралась вся академия от мала до велика – и адепты, и магистры, и обычные сотрудники. Где-то на самом верху в ложе для высокородных находился Даррел, который обещал поддерживать меня. Я безумно хотела найти его взглядом, но не смогла – люди на трибунах сливались в единое целое.
Нет, мне не было страшно – я насколько привыкла к тому, что на меня смотрят и обсуждают, что теперь свободно чувствовала себя под прицелами чужих глаз. Однако беспокойство все-таки появилось.
