Заноза для хирурга (СИ)

А я всегда хотел, чтобы у меня была дочка, – улыбается мне, и у меня начинает щипать в глазах.

– Не сын? – смаргиваю влагу с ресниц.

– Нет, – качает головой, – дочка, чтобы была похожа на жену.

– А я всегда хотела отца, – говорю задумчиво, а потом вдруг добавляю: – Мне тут звонила мама.

– Вы ведь не близки с ней? – Герман откидывается на спинку стула.

– Нет, – качаю головой.

Моя мать всегда была больше занята собой, чем ребёнком. В детстве я мечтала заслужить её одобрение. Мама казалась мне удивительной. Со временем, конечно, восхищение поблёкло, хотя я не могу не признавать, что она до сих пор удивительно красива.

Наш разговор уходит в сторону от личных тем, и мы с энтузиазмом обсуждаем театральные премьеры этого сезона, когда я вздрагиваю от того, что на плечи мне ложатся руки.

– Добрый вечер, – раздаётся сверху голос Никиты, и он, обойдя стул и наклонившись, целует меня в уголок губ, а потом протягивает руку Соболевскому.

– Рад вас видеть, Никита Сергеевич, – Герман смотрит на Добрынина как будто изучающе, но тут же смягчает впечатление улыбкой.

Никита садится рядом со мной, делает заказ подошедшему официанту.

– Я прервал ваш разговор, – смотрит на меня, и я не могу удержаться, чтобы не улыбнуться ему, выпадая из реальности на пару секунд.

– Ничего страшного, – слышу довольный голос Германа и, вспыхнув, утыкаюсь взглядом в тарелку. – Вы видели последнюю реконструкцию «Синей птицы» в МХАТе? Что думаете?

* * *

– А он что? – Маруся смотрит на меня с любопытством.

– Что-что, – закатываю глаза, – выдал такой анализ постановки, как будто всю жизнь театральным критиком работает. У меня такое ощущение, что они заранее планируют разговоры, чтобы сильнее меня поразить. Хотя куда уж больше-то? – ворчу себе под нос.

С той нашей встречи с Германом прошло уже две с лишним недели. Мы с подругами, наконец, выбрали время, чтобы увидеться – на этот раз решили не устраивать домашние посиделки, а сходить в ресторан. Маруська договорилась с няней, Мари, по её словам, устала и сбежала от переживающего за неё мужа, а я – я уже третий день скучаю по Никите, который уехал на конференцию.

Эти недели были такими короткими и такими длинными одновременно. Мы проводили вместе почти всё свободное время, которого, правда, было чертовски мало. Всё-таки Добрынин – заведующий отделением, да и я профессию выбирала по призванию, а не для того, чтобы сбегать с работы при любом удобном случае. Но несколько ночей были нашими от и до, как и пара дней, когда по графику у нас совпали выходные.