6
0Какими были следующие несколько картин, я не вспомню даже под гипнозом – все ощущения и мысли сосредотачиваются на тёплой сухой ладони, крепко держащей мою.
Спустя почти час мы заканчиваем осмотр – мне показалось, что прошла целая вечность. Я стою рядом с Германом Эдуардовичем внизу возле выхода, Добрынин вызвался, точнее, настоял, что он сам заберёт куртки – в раздевалке небольшая очередь.
– Аннушка, надеюсь, вы хорошо провели время, – Соболевский смотрит на меня с заботой. – Вы как-то примолкли в конце. Устали?
– Нет, что вы, Герман Эдуардович, – я поворачиваюсь к мужчине и улыбаюсь.
– Дорогая моя, что за глупости, – Герман тихо посмеивается. – Я рассчитываю, что это не последний наш культурный поход!
– Куда пойдём в следующий раз? – весело спрашиваю его, а за моей спиной раздаётся низкий голос, от которого тут же подкашиваются колени.
– С моей стороны будет слишком большой наглостью попроситься к вам в компанию?
– Думаю, мы договоримся! – Соболевский неожиданно подмигивает подошедшему хирургу, который держит в руках нашу верхнюю одежду.
Тот улыбается, как и всегда, краешком губ, протягивает Герману старомодный плащ, мою куртку разворачивает передо мной, без слов помогая надеть.
– Вы на машине? – спрашивает меня Добрынин, когда мы выходим наружу, и я сразу ёжусь от пронизывающего ветра.
– Нет, машина в ремонте, мы добирались на такси, – достаю телефон, собираясь открыть приложение.
– Не надо, – он прикрывает ладонью экран, но тут же убирает руку, – я отвезу вас обоих, идёмте!
– Но…
– Да? – мужчина терпеливо ждёт, пока я судорожно пытаюсь придумать какой-нибудь предлог и отказаться.
– Аннушка? – сбоку подходит Герман. – Если вы не против, я соглашусь на предложение вашего уважаемого коллеги.
– Герман Эдуардович, мы же планировали поужинать вместе после музея, – вспоминаю про наши планы.
– Дорогая моя, – Соболевский аккуратно прикасается к моему плечу, – не возражаете, если мы перенесём ужин на другой день?
– Что случилось? – я пугаюсь. – Вы плохо себя чувствуете? Болит где-то?
– Нет, Аннушка, не волнуйтесь так, – старик улыбается, – просто в моём возрасте толпы народу вокруг несколько утомляют.
– Конечно, – я с беспокойством смотрю на Соболевского. – Тогда, раз уж Никита Сергеевич не против, пусть он вас отвезёт и проводит, а я вызову…
– Анна Николаевна, успокойтесь, – Добрынин берёт меня под локоть. – Пойдёмте, мы сначала вместе завезём Германа Эдуардовича, чтобы вы не переживали за него, а потом я отвезу вас.
– Отличная идея! – Герман подхватывает меня с другой стороны, и они практически тащат меня к стоянке, я еле успеваю перебирать ногами.
