5
0Глаз не спускать!
— А Ник? Его безопасность для нас всегда в приоритете, — возмущённо уточнил Варн.
— А Ник будет под присмотром её величества. Она в десятый раз за неделю передумала и десять минут назад решила почтить мероприятие своим визитом. То–то Фойтисы обрадуются! — хохотнул Кранстон. — Даже не уверен, что им сообщили.
— Через стандартный телепорт? — Эйнар вытаращил глаза. — Или это вы так уведомляете, что у меня сегодня напряжённый рабочий вечер?
— Второе.
Таяна толкнула меня бедром, шепнула: «Будь осторожна, что–то мне это всё не нравится», только подбросив дров в костёр моих сомнений.
— Время, — безэмоционально напомнила леди Бон.
— Да, бегите, ребятки, смотреть тошно, как вы идёте танцевать без нас, — вздохнула Бри.
Наскоро попрощавшись с девчонками, вошла в арку телепорта. Эйнар открыл его сразу на жилой этаж дома Фойтисов и постучал в ближайшую дверь, откуда почти сразу птичкой выпорхнула мама.
Я и пикнуть не успела, как меня втянули в небольшую, роскошно обставленную комнату, в четыре руки облачили в любимое зелёное платье, украсили фамильными драгоценностями и только после этого обняли.
— Милая, я так скучала! — выдохнула мама. — Как ты?
— Я в центре магической бури, мам. Страшно, неприятно, непонятно, но получаю удовольствие.
— Дело ли — изучать магические бури. Лучше бы замуж вышли и нам ребёночка родили, — пробухтела член нашей семьи, любимая нянюшка Руфи. — Дома теперь тишина гробовая.
Я едва сдержала слёзы. Как же я по ним скучала! И ведь мамуля взяла её с собой специально, чтобы меня порадовать. Хоть несколько мгновений в кругу родных и близких, по–настоящему любящий и преданных — что может быть лучше?
— Руфи, полно тебе, — пожурила мама. — Дай девочке отдохнуть.
— А то ей кто даёт отдохнуть. Всю жизнь учат, учат, заставляют что–то делать, — продолжала бурчать нянюшка, кружа по комнате. — Ни детства у нашей малышки не было, ни юности, одни учебники и полигоны. Одно дело — мальчишек гонять, но не нашу же куколку. Она такая нежная, хрупкая, о ней заботиться нужно, а не в почти военные академии засылать. Вон, как похудела.
Мама смущённо улыбнулась. Спорить с нянюшкой бесполезно, у неё всегда на всё своё мнение. Но за то и любим.
— Так, как ты, Руфи, никто о нас не позаботится, — дипломатично заметила я, подкрашиваясь перед зеркалом.
— Чего это не позаботится? Выходи замуж за дракона, будет тебе всё: и бури магические, и бури страсти…
— Руфи! — воскликнула мама.
— Но не некромант же! Сердце за птичку нашу болит, — со слезами на глазах обернулась к нам нянюшка. — Тебе ведь нравился тот мальчик, ты сама говорила.
Я тут же оказалась рядом. Обняла пожилую, бесконечно любимую нянюшку, зашептала слова утешения. От неё, как и прежде, пахло мёдом и мятой, а ещё — духами, что я ей подарила.
