50 знаменитых любовников

Правда, при всей экономии расходы на питание не ограничивались. Уинстон был гурманом и никогда бы не отказался от деликатесов. Шампанское и бренди, которые в обязательном порядке подавались во время трапезы, должны были быть лучших марок, следовательно, стоили они очень дорого. Клементина жаловалась подругам, что она теряет аппетит, прикидывая стоимость их застолий.

Приспосабливаться друг к другу молодоженам приходилось не только в вопросах финансовых. По складу характера Черчилль был «совой», привык поздно ложиться и поздно вставать. Клементина, наоборот, была «жаворонком». И все ее попытки наладить нормальный режим для мужа увенчались крахом. Поэтому супруги завтракали порознь, а год спустя решили завести отдельные спальни. И поскольку Черчилль довольно часто задерживался на службе допоздна, жена завела обычай оставлять ему записочки, из которых он узнавал, ждет ли его сегодня в спальне супруга или придется спать одному.

Частые отлучки мужа по служебным делам порой вызывали у Клементины подозрения в неверности. Уинстон, которого политика интересовала гораздо больше, чем женщины, естественно, обижался. Он никак не мог понять, чем вызваны сомнения жены. И в который раз убеждал Клементину верить ему, повторяя, что никогда он не полюбит никакую другую женщину.

Действительно, Клементина всегда оставалась для Черчилля единственной и неповторимой. Мысли о любовной связи с другими женщинами просто никогда не приходили ему в голову. Хотя порой он иногда и флиртовал с хорошенькими девушками. Да и поклонницы тоже были. Как, например, Мэксин Эллионт, богатая американская актриса, чей замок в Канне был открыт для всех знаменитостей. Нередко гостили там и супруги Черчилль. Мэксин Эллионт настолько серьезно увлеклась Уинстоном, что даже заслужила в свой адрес язвительные замечания добропорядочного общества. Хотя тот видел в ней не более чем просто знакомую. Что действительно увлекало Черчилля, так это казино. С неизменной сигарой в зубах и с бокалом коньяка в руке он с наслаждением играл до поздней ночи. И своими игорными выигрышами гордился не меньше, чем политическими успехами."

"Кстати сказать, абсолютная верность Черчилля жене на протяжении всей жизни никогда не ставилась под сомнение ни одним его биографом и мемуаристом. Он вообще к женщинам относился немного свысока. И никогда не упускал случая ответить колкостью на колкость. Так, однажды он оказался за одним столом рядом с пожилой дамой, которая громко сказала ему: «Вы такой неприятный, что если бы я была вашей женой, то подлила бы в ваш бокал с вином яд». На что

Черчилль так же громко ответил: «Мадам, вы так ужасны, что если бы я был вашим мужем, то этот яд непременно бы выпил».

Что касается Клементины, то она обожала своего «мопсика».