11
0Своей жизнью и судьбой Александра Николаевна как бы развила сюжетную линию «тургеневской девушки», но уже в замужестве, доведя до совершенства тот светлый образ, который так любил писатель. Ее жизнь — лучшая иллюстрация и продолжение его повестей: доброта, целеустремленность, жажда полезной деятельности, жертвенность — вот те черты, которые были присущи этой замечательной русской женщине.
После неудачного романа с Шушу, как считал сам Иван Сергеевич, неудачи в личной жизни преследовали его постоянно. Одним из свидетельств тому стал разрыв Тургенева с трепетно влюбленной в него Татьяной Бакуниной, дочерью известного русского анархиста. Их встреча, по существу, была почти случайной. Как-то Иван Сергеевич заехал в поместье своего нового друга Михаила Бакунина, где и встретился с его сестрой Татьяной. Вместе они провели всего шесть дней, но все тургеневские стихи, посвященные Бакуниной, оказались тихими, просветленными и почему-то безрадостными.
И ваша тихая пустыняПоследний грустный звук речей —Одно сокровище, святыня,Одна любовь души моей.А вот страсть Татьяны была намного сильнее. В марте 1842 г. она писала Тургеневу: «Боже мой! Хоть раз еще один увидеть вас… О, расскажите кому хотите, что я люблю вас, что я унизилась до того, что сама принесла и бросила к ногам вашим мою непрошеную любовь — и пусть забросают меня каменьями, поверьте — я вынесла бы все без смущения… Тургенев, если б вы знали, как я вас люблю!»
Возможно, Бакуниной и удалось бы увлечь мягкого и впечатлительного Ивана Сергеевича своей любовью, если бы не одно непреодолимое препятствие. Осенью 1843 г. в жизнь Тургенева вошла женщина, круто изменившая его судьбу, страсть к которой заслонила все прежние увлечения. Собственно, она разделила его существование на две разновеликие части: до нее и после встречи с ней.
Полина Виардо… Это имя знала вся музыкальная Европа. Тургенев увидел ее впервые на оперной сцене, когда прославленная певица приехала на гастроли в Петербург. В роли Розины в опере «Севильский цирюльник» она была неотразима. Увидел — и тут же влюбился без памяти. Позже близкий друг писателя, Полонский, в своем послании Тургеневу очень точно описал впечатление, которое производил тот, слушая пение Виардо:
«Но, чу! Гремят рукоплесканья! — Ты дрогнул… жалкое вниманье, — приподнимаешь складки лба, — как будто что тебя толкнуло… — Ты тяжело привстал со стула, — выходит. Она вошла… — Она поет… О это вкрадчивое пенье! — В нем пламя скрыто, нет спасенья. — Восторг, похожий на испуг, — уже захватывает дух. — Ты замер…»
Тургенев сразу же вошел в кружок ближайших почитателей певицы, который сосредоточился в доме Виельгорских, бывшем в то время петербургским музыкальным центром.
