Звезда экрана

И что? Означает ли это, что он будет относиться к ней с большей теплотой и она наконец перестанет ощущать себя незваным гостем на коврике у порога?

У Сашки не было ответов на эти вопросы. Почему-то ей казалось, что даже такие размеренные и основательные люди, как Антон, влюбляясь, теряют крышу, а вместе с ней и способность действовать по заранее составленному графику. Получается, он ее просто не любит? По всему выходило, что да, потому что разговоров о любви между ними вообще ни разу не было.

Нет, Антон вел себя безукоризненно. Дарил цветы, оплачивал походы в ресторан и кафе, говорил, какая Сашка красивая и замечательная и как он рад, что они встречаются, но вот в любви не признавался ни разу. И Сашку это задевало, хотя она не понимала, а сама-то любит Антона или нет.

Когда-то давно, в школе, когда они начали встречаться с Фомой, Сашка четко понимала, что у нее первая любовь. Потом отношения с Гороховым стали ровнее, без экстаза и восторга, как бывает, когда люди довольно давно вместе, но тем не менее она знала, что любит Фому, а он – ее. И так продолжалось до тех пор, пока Горохов не увлекся фигуристкой, с которой сдуру подружилась Александра.

Увлекся, влюбился, изменил. И Сашка без колебаний ушла от него и никак не хотела вернуться обратно, несмотря на то что новый роман Фомы погас так же быстро, как и вспыхнул, и в настоящий момент он был один и всеми силами пытался ее вернуть. Возвращаться Сашка не хотела. И дело было не в том, что она никак не могла забыть нанесенную ей обиду, и не в Антоне тоже. Просто она Фому как-то переросла. Это была перевернутая страница ее жизни, несмотря на то что Сашка теперь с удовольствием с ним встречалась и даже вот ходила на стендап."

"Получалось, что в ее нынешней жизни было два молодых человека, с которыми она проводила время, но все это было не то и не о том. Александре Кузнецовой хотелось любви. Яркой, горячей, сумасшедшей, от которой не спят по ночам, переживая моменты острого счастья и не менее острого горя. Ни Фома, ни Антон не давали ей этого ощущения, без которого она почему-то чувствовала себя выброшенной на берег рыбой.

Она поделилась своими ощущениями с мамой. Та внимательно посмотрела на нее:

– А чего ты хочешь больше? Любить самой или быть любимой?

– А одновременно нельзя?

– Можно, но труднодостижимо, – призналась мама. – Ты же знаешь, что в любой паре всегда один любит, а другой позволяет себя любить.

– Но ты же любишь Виталия Александровича.

– Люблю. Но такой, знаешь, спокойной любовью. Он мне очень дорог, мне комфортно рядом с ним, и я буду переживать и скучать, если мы из-за чего-то расстанемся, но я совершенно точно выживу в одиночестве. Понимаешь, о чем я?

– О том, что ты не уехала на Южный полюс оттого, что вы расстались.

– Да, а он уехал.