Зимние костры

— Знай, викинг, — в бешенстве процедила она, — я Бренна Кармахем и никогда не сказала ни одного слова не правды! Не будь это так, ты не нашел бы меня здесь сегодня!

Веселые искорки загорелись в глазах Гаррика при виде этой гордой красавицы. Но он пропустил мимо ушей все, как ему казалось, пустые угрозы.

— Поскольку Ярмилла не знала, что делать с тобой, видно, я вовремя подоспел, чтобы взять тебя в руки! — небрежно бросил он.

— Как это? — удивилась девушка, но прежде чем он успел ответить, с подозрением спросила:

— Кто ты, викинг?

— Твой хозяин, по крайней мере мне так сообщили.

— Я не рабыня! — взвилась Бренна. — И не позволю, чтобы мной владели!

Гаррик пожал плечами. «Да уж, покорностью ты не отличаешься», — подумал он.

— У тебя нет выбора.

— Я сказала — ни за что! — прокричала Бренна, всем существом восстав против самой мысли о смирении. — Никогда! — Серые глаза яростно сверкнули.

— Не стану спорить с тобой по этому поводу, — с едва заметным нетерпением объяснил Гаррик. К его удивлению, девушка высокомерно бросила:

— И я тоже, Гаррик против воли, рассмеялся. В жизни у него не было подобной рабыни! Такие роскошные смолянисто-черные отливающие синевой волосы, сливочно-белая кожа и лицо… как из волшебных сказок. Ему почему-то страшно захотелось узнать, что скрывается под грубой сорочкой.

Бренна настороженно наблюдала, как Гаррик садится на постель, рассеянно проводя рукой по вьющимся волосам. Так вот он каков, Гаррик Хаардрад, мужчина, который должен был стать ее мужем, тот, кто, как он считал, владеет ею теперь. К удивлению Бренны, он говорил на ее языке. Должно быть, мать научила.

Жаль, конечно, что он так скоро вернулся, совсем не оставив ей времени как следует оглядеться и оценить ситуацию. Теперь Бренна никак не могла понять, бояться ей этого человека или нет. На него, несомненно, приятно взглянуть, и ей почему-то на мгновение стало обидно, что им суждено было встретиться как рабыне и хозяину, а не как мужу с женой. Во всем случившемся виноват Ансельм, и Бренна возненавидела его за это еще больше."

"— Что ты имел в виду, когда пообещал взять меня в руки? — осведомилась она.

— Мне ни к чему бесполезная собственность. Мои рабы зарабатывают на свое содержание, а если нет, я избавляюсь от них.

Ледяной тон в сочетании с бессердечными словами больно ударили в сердце, так, что Бренна вздрогнула, как в ознобе:

— Значит, попытаешься продать меня?

— Попытаюсь? Ты хочешь сказать, что у меня на это нет права?

— Никакого! — отрезала Бренна. — Я уже сказала, что не потерплю ничьего господства.

— Один, помоги мне! — раздраженно воскликнул Гаррик, окидывая ее разъяренным взглядом.