Зимние костры

Неужели причина разительной перемены в Гаррике со времени ее болезни — она, Бренна? Неужели он действительно влюбился в нее?

Но Бренна боялась даже думать о чем-то подобном и поэтому поспешно сменила тему:

— А где моя тетя? Могу я увидеться с ней?

— Конечно. Вот и она. Я оставлю вас, поговорите наедине.

Бренна тоже поднялась, как раз в тот момент, когда подошла Линнет. Уход Элоизы остался незамеченным. Бренна видела только тетку, и, когда они обнялись, по щекам девушки потекли слезы. Все, что пришлось вынести Бренне за эти месяцы, нахлынуло на нее. И хотя теперь наконец было кому признаться во всем, ее положение казалось не таким уж плохим по сравнению с судьбой тети.

Они уселись за стол, и Бренна никак не хотела отпустить руку Линнет. Она критически оглядела тетку, заметив, что та по-прежнему выглядит моложе своих лет. Голубые глаза сверкали живо и молодо.

— Тебе тут не очень плохо, тетя?

— Элоиза приняла меня как родную, — весело объяснила Линнет. — Да, моя жизнь просто великолепна!

— Как хорошо! Я так беспокоилась, но Гаррик до сих пор не разрешал мне повидаться с тобой.

— Он очень ревниво относится к тебе, старается не выпускать из виду. Я много слышала о тебе от Элоизы и знаю, что вначале ты была ужасно упрямой, как, впрочем, я и думала. И о твоем побеге знаю и о том, как ты едва не умерла. Я места себе не находила от тревоги! Но, слава Богу, вижу тебя здоровой, красивой и окруженной почетом.

— Почетом?

— Ты здесь гостья, а не рабыня Гаррика. Да, он оказал тебе большую честь.

— Мне известны причины такой чести, тетя, — сухо усмехнулась Бренна. — Он сам сказал. Я здесь только для того, чтобы служить ему в постели.

— Но, послушай, Бренна, — возразила Линнет, — для таких вещей здесь и без тебя полно женщин. И, кроме того, будь это так, ему вовсе не к чему дарить тебе столь дорогие подарки. Я была с Элоизой, когда Гаррик приехал и попросил ее сшить для тебя платье. «Пусть будет таким, как носят викинги, — сказал он. — Бренна теперь одна из нас и должна одеваться, как мы».

Бренна задумчиво свела брови:

— Но я не давала ему повода думать, что счастлива здесь. Гаррик знает, что при первой же возможности я снова попытаюсь сбежать. Почему же он считает меня одной из них?

— Должно быть, ты все-таки заставила его поверить этому. Но, Бренна, ты не смеешь и думать о новом побеге! Если тебе удастся скрыться и Гаррик тебя не найдет, я проживу остаток жизни в тревоге и тоске, не зная, где ты и что с тобой!

— Но если я вздумаю вновь бежать, тетя, то отправлюсь домой морем и возьму тебя с собой, — поспешно заверила Бренна, сомневаясь, что такой рискованный план может осуществиться. И хотя она пыталась утешить тетку, та еще больше погрустнела.