Жаба с кошельком

Я пошла назад, добралась до скособоченного домика и обнаружила над входом роскошную вывеску, огромную, выгравированную на железе, похоже, выполненную еще в доперестроечное время и абсолютно не сочетавшуюся с завалившимся сараюшкой: «Московский ордена Ленина научно-исследовательский институт ядохимикатов»[4].

Потянув на себя тяжеленную дверь, я очутилась в пустынном, неожиданно просторном и прохладном холле. Пол покрывал сильно протертый линолеум, стены «щеголяли» облупившейся краской. Ни охранника, ни вахтера – грозного пенсионера, ни даже убогой старушки с вязанием на входе не было. Я пошла по узкому коридору, уходившему в глубь ветхой постройки. Все попадающиеся на глаза двери были закрыты. НИИ выглядел так, словно пережил атаку нейтронной бомбы: стены и крыша целы, сотрудники испарились."

"Безо всякой надежды на успех я довольно сильно пнула очередную дверь и чуть не упала. Она резко распахнулась, ударилась о шкаф, в нем что-то зазвякало… Стоявшая у стола с пробирками тетка вздрогнула и обернулась.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга, потом женщина воскликнула:

– Господи, как вы меня напугали! Разве можно так вламываться!

– Ой, простите, случайно вышло! – стала извиняться я. – Остальные-то помещения заперты.

– Ничего, – оттаяла сотрудница, – ерунда, ищете кого? Наши все на обед ушли.

Я изобразила замешательство.

– В общем да, ищу магазин.

Женщина отошла от штатива с пробирками.

– Здесь научно-исследовательский институт, если вам бутик «Корсар», то он через три дома по левой стороне. Неужели, когда вошли в холл, вы сразу не поняли, что перед вами не коммерческая точка, а несчастный умирающий НИИ?

Я улыбнулась:

– Да уж, принять вас за преуспевающее торговое предприятие весьма сложно.

– Вот именно, – кивнула собеседница, – загнали науку на помойку, а потом удивляются, отчего с нами в мире считаться перестали. Как же теперь уважать Россию, если она превратилась в рынок для некачественных западных поделок? Сердце кровью обливается, когда вижу, чем торгуют! Специально в магазины «Сад и огород» заглядываю. Выставлено такое, простите за выражение, дерьмо американское, и по бешеной цене.

– Вот поэтому я и пришла, – перебила ее я.

– Что-то я пока не пойму суть дела.

– Меня зовут Даша Васильева, я преподаватель французского языка, но сейчас не работаю, живу за городом, занимаюсь садом.

– Очень приятно, – вежливо кивнула сотрудница, – Лариса Кузнецова, доктор наук, заведую лабораторией.

– Вы так молодо выглядите! – вырвалось у меня. – И уже профессор.

– Спасибо за комплимент, но мне исполнилось пятьдесят, – внесла ясность Лариса, однако по ее слегка порозовевшему лицу стало понятно: ученой приятно, что я отметила ее безукоризненный внешний вид.