Вперед в прошлое 2 (СИ)

Думал, братец скажет: «Че это ты раскомандовался?» — но нет, принес связку, бросил мне через забор так, чтобы она упала, но я ее поймал и принялся подбирать ключ. Похоже, вот этот, ржавый, как и замок. Смазать бы! И замок, и все петли, а то не скрипят даже, а визжат, как свиньи недорезанные.

С замком пришлось повозиться, но он поддался. Отодвинув створку ворот, я вошел внутрь и обомлел: на меня таращилась круглыми фарами «Победа». Сначала я подумал — белая, но присмотрелся и понял, что нет — бежевая. Пыльная, с паутиной на дворниках, спущенными колесами, но и так видно, что она в идеальном состоянии. Ни царапинки. Помыть, и заблестит, засияет!

— Выключатель справа. — Голос Андрюхи заставил меня вздрогнуть.

— Крутая тачка! — не сдержал я симпатии к ретромобилю.

— Пфф, старье! Бабка вцепилась в нее, как в дедов гроб. Говорит, ни за что не продаст память о деде. Продала бы — давно видик бы купили!

— Ну ты и дебил. — Не хотел говорить, само вырвалось. — Лет через двадцать она будет стоить, как крыло самолета. Дороже, чем твоя квартира.

— Это ты дебил, — обиделся Андрюха и блеснул интеллектом: — Она и так старая, а через двадцать лет вообще древняя будет, и кому она нахер понадобится? Машины ведь как, с каждым годом дешевеют.

Помнится, году этак в двадцать третьем я видел объявление о продаже «шестерки» за — та-дам! — пятнадцать лямов. Потому что автомобиль был практически новым.

— Знаешь, что такое антиквариат? — спросил я и сам же ответил: — Старые иконы, драгоценности, монеты, которые в свое время ничего не стоили, а сейчас стоят целое состояние. Вот и эта машина — так же, а видики твои через двадцать лет даром никто брать не будет, появится что покруче.

«Сам увидишь, если доживешь», — мысленно продолжил я.

— Ну ты чудик! — усмехнулся он. — Че еще сочинишь?

— То, что нам сегодня по**й, потомки назовут эпохой, — пропел я, попытался открыть дверцу машины, но она была заперта.

— Нафига это тебе? Скажи еще, что водить умеешь.

— Если умею, ты поцелуешь мне ботинок? — сыграл я по его правилам.

— С хера ли?

Андрюха вошел, щелкнул выключателем — загорелась лампочка, висящая на проводе. Вместо того, чтобы искать отвертку, молоток и гвозди с шурупами, я стоял и пялился на «Победу». Так хотелось поставить ее на колеса, отмыть, завести и слушать, как рокочет стальное сердце. Я и сам бы, наверное, смог ее привести в порядок, если бы были инструменты… правда, это вызовет вопросы. Надо взять пару журналов из библиотеки, чтобы показать, что я интересуюсь механикой, изучаю автомобили.

— Че застыл? Столбняк напал?

Действительно, чего застыл… Я двинулся вдоль затянутых паутиной полок. Дед был рукастым, чего тут только нет! И все разложено по коробкам, подписано.