Вадим набрал номер:
— Андрей Леонидович? Ладышев. Не могли бы вы приехать в… — продиктовал он название заведения и адрес. — И еще просьба: вызовите кого-нибудь из водителей. Немного выпил, мало ли какая провокация может быть на выезде с парковки! Хорошо, жду… Ваш ход, — ему было смешно смотреть на женщину, задыхающуюся в негодовании. — Пока ждем, я, пожалуй, допью вино, грех оставлять его за такую цену.
Сдерживавшейся из последних сил дамочке хватило ума знаком остановить приблизившихся к Ладышеву амбалов. Сгруппировавшись, Вадим уже успел просчитать в уме последствия: пара сломанных ребер, выбитые зубы, ну и далее по мелочам.
— Простите, вышло недоразумение, — процедила сквозь зубы вернувшаяся к столику администратор. — Вы ничего не должны нашему заведению.
— Э нет! — запротестовал Ладышев. — Как и договаривались, ужин я оплачиваю. И цветы. Так что несите счет… Вам что, хочется платить из своей зарплаты вот за эту бутылку? — показал он взглядом на вино.
Поколебавшись, администратор снова удалилась.
— Ваш счет, — протянул женщина кожаную папку.
— Вот это другое дело! — Ладышев вытащил из портмоне одну из банковских карточек. — Терминал несите.
Расплатившись, Вадим встал и, не оборачиваясь, двинулся к выходу.
— Это что было? — негромко спросил Поляченко, пока гардеробщик ходил за дубленкой шефа.
— Личное! Извини за беспокойство!
Назавтра рано утром Ладышев улетел во Франкфурт срочно готовить кредитный договор с «Моденмедикал».
"Так и сделали. Формально большей долей в компании владела Хильда Флемакс, но управлял ею Вадим Ладышев. Неофициально. Не хотел светить свое участие ни здесь, ни там. Компания продолжала успешно работать, исправно перечисляла дивиденды на личный счет Хильды, время от времени жертвовала деньги детскому фонду имени Вайса Флемакса, стала полноправным соучредителем совместного предприятия и строящегося под Минском завода.









