Вероника

Выйдя от бабули, Инга некоторое время постояла на лестничном пролете между этажами, собираясь с мыслями. Больше всего ее возмущала позиция Ники.

Как можно позволить так поступить с собой? Прикинуться овечкой и разрешить какой-то там Аллочке…

Да будь Инга на ее месте, эта Аллочка полетела бы у нее вверх тормашками вместе с мамой и свекровью.

Себя надо любить! Вот в этом Инга никогда не сомневалась. Инга тряхнула волосами и нажала кнопку лифта.

Когда она ехала туда, где нестерпимо пахло гарью и паленой резиной, она примерно знала, что скажет Елене Игоревне.

Впрочем, Никина свекровь, под ударом случившегося, напрочь утратила боеготовность.

Она лежала у настежь распахнутого окна, обложившись пузырьками с лекарством. Никакой Аллочкой рядом не пахло.

Инга сухо поздоровалась и довольно холодно представилась. Она всегда считала, что в разговоре с незнакомым человеком самое важное — взять правильный тон. Сейчас главное — сила и внезапность.

Не давать этой бабе ни минуты на раздумье. Натиск и самоуверенность."

"— Елена Игоревна, я сейчас внизу у подъезда услышала много для себя интересного. Говорят, что вы весьма некрасиво поступили с моей сестрой.

Вы, наверное, думали, что за бедняжку заступиться некому?

Должна вас разочаровать и, возможно, огорчить, дорогая моя Елена Игоревна.

— Сплетни, — слабо отмахнулась Елена Игоревна, покосившись на гостью. — Наговор. Завидуют нашему благополучию. А Никуша маму поехала навестить…

— Да? А вот участковый внизу сплетнями не пренебрегает, — как бы между прочим бросила Инга, доставая из сумочки сигареты. — А, напротив, очень даже интересуется. В настоящее время он, если я не ошибаюсь, производит поквартирный опрос.

Елена Игоревна отбросила полотенце со лба, и все лицо ее моментально покрылось бурыми пятнами.

— Какой еще участковый?

— Ему ваши соседи чего только не понарассказывали! Старуха еще не остыла, а дело-то, похоже, в одной папочке уже не умещается.

— Какое дело? — Елена Игоревна приподнялась на подушке, боязливо приглядываясь к Инге. — Все было по закону! Старуха сама попросила меня ухаживать за ней, я не навязывалась! И квартиру свою сама предложила!

— Так-то оно так, Елена Игоревна, только нашлись, представьте себе, свидетели, утверждающие обратное.

 — Инга щелкнула зажигалкой и закурила. — И мою бедную сестренку вы, говорят, шикарно использовали для прикрытия натуральной аферы. Как раз она-то и ходила большей частью убираться и готовить к несчастной соседке, тогда как вы готовили ей замену в лице некоей Аллочки.

Инга говорила точь-в-точь как виденные в кино следователи. Она очень нравилась себе сейчас со стороны. Вид жертвы, бледнеющей от ее слов, приводил Ингу в полный восторг. То-то же, тут тебе, тетя, не сноха твоя — лапотница.