Вакантное место райской птички

Она меня выслушала, позвала священника, тот как раз по парку шел. Он меня повел в храм, выслушал, накрыл какой-то, на мой тогдашний взгляд, тряпкой, что-то пробормотал и сказал:

– Приходите завтра к восьми утра на литургию, причаститесь. Затем пойдете в трапезную, попьете чаю со всеми, потом жду вас в кабинете.

Сейчас я знаю, что попала в женский монастырь, ко мне подсела сама игуменья. А тогда я была как белый лист. Почему на следующий день я на службу явилась? Отчего обедала у них? Зачем пошла к священнику? Не знаю. Словно кто-то невидимый за руку меня взял и повел. Теперь я понимаю, это Господь мне на помощь пришел.

Монастырь мне стал как дом родной. Друзей там много, у нас очень интересная жизнь. Когда ехала к воротам колонии, чтобы Костю забрать, мной руководило желание просто помочь ему. Орехову было негде жить, поэтому я взяла ключи от дачи. Хотела сказать ему: «Костя, я теперь другая. По-прежнему считаю себя твоей первой женой и люблю. Но мое чувство изменилось, в нем нет ничего плотского. Я готова помогать тебе, но жить с тобой, как раньше, не смогу».

Да он первым сказал о своем желании уйти в монастырь.

Я обрадовалась, что Костя теперь с Богом, и не сказала, что намеревалась. Когда Герман Николаевич попросил меня прийти к вам, объяснил, в чем дело, я не могла ему отказать. А сама поспешила к своему духовному отцу. Я давно ему на исповеди во всем призналась. Батюшка посоветовал мне рассказать вам правду, и более никому ее не сообщать. Благословил меня на беседу. Ослушаться отца Александра я не могла.

– Ясно, – пробормотал Сеня, – а что, этому самому духовному отцу надо все честно докладывать?

– Да, – кивнула Ника, – вы правильно меня поняли.

Только не докладывать, а рассказывать. И честно, откровенно, иначе душу свою не спасешь.

Глава двадцать шестая

Вероника уехала, Герман Николаевич остался в офисе.

– Спасибо, Гера, – сказал Дегтярев, когда за Квашиной закрылась дверь.

– Долг платежом красен, Саша, – ответил тот, – ты мне не один раз помогал. Думайте, ребята, теперь кто из ближайшего окружения Орехова серийный убийца.

– Выбор невелик, – заметила я, – в семье, кроме Константина, был только один мужчина, Петр Чернов. Муж Натальи."

"– И я о нем же подумал, – отрапортовал Кузя.

 – Черновы давно покинули Россию и ни разу в Москве не появлялись. Живут Наталья и Петр в Швеции. С этой страной у России нет договора об экстрадиции преступников. Чернов богат, занимается компьютерными технологиями. Наталья преподает русский язык в гимназии. У них свой дом на озере, детей нет. Светлана Алексеевна и Карина периодически ездят в Швецию. Они поддерживают тесную связь с родней. Но та носа в Россию не кажет.

– Похоже, парочка чего-то боится, – сделал вывод Герман. – Ну, я уехал. Если понадоблюсь, звоните.