Думаю, и остальных баб Петр подыскивал одиноких, молодых, глупых, не имевших престижной работы и друзей. Но обжегшись на Снеговой, Чернов более брак не заключал. Однако он жил в постоянном напряге: вдруг кто-то дороется до правды. Очередная его спутница понятия не имела, что она прикрытие. Скорей всего, начинала качать права, требовать любви, внимания, устраивала истерики. Или она понимала: Петя-то мужчинами интересуется, и откровенно выражала свое негодование. Чернов же, думаю, не мог управлять своим гневом. Страх разоблачения окончательно лишил его способности держать себя в руках.
"Теперь об Орехове. Мы уже обсуждали его, но повторю. Костя в детстве вытолкнул из окна одноклассника. Вроде случайно. А вдруг нарочно? С какой стороны ни посмотри, муж Карины убийца.
– Константин считает отцом Илью Орехова, – напомнила я, – про то, кто на самом деле его папаша, он понятия не имеет.
– Ошибка, – отрезал Дегтярев, – я очень внимательно изучил запись твоей беседы с Константином. Какой фразой он завершил ваше общение? Помнишь?
– Нет, – призналась я.
– «Джузеппе Аттарди был прав», – процитировал Дегтярев. – Потом Константин попрощался и ушел. Посмотрел я в справочнике, кто такой упомянутый мужик. Американский генетик итальянского происхождения. Лауреат премий за исследования в этой области. Теперь ясно?
– Костя узнал историю своего появления на свет? – удивилась я.









