Тыквенное поместье для нелюбимой жены дракона

Майлз нахмурился и с сомнением посмотрел на корзинку, которую я ему протянула.

– Вы печете отличные булочки. И хлеб. Он просто потрясающий! Но простите, пирожки у вас не лучшие.

– А ваши, значит, вкуснее?

– Поэтому я и хочу, чтобы вы попробовали. Вот эти с мясом и тыквой, вторые с мясом, третьи с тыквой.

– Ну давайте попробую. – С ехидцей в голосе сказал он и взял с мясом и тыквой. Я закусила губу, следя за ним, как накануне за детьми.

– Боги драконьи! Это… как это? – Он прожевал половинку пирожка и начал разглядывать начинку в оставшейся половинке. – Она сладкая и мясная. И пряная.

Проглотил и вторую половинку и посмотрел на меня.

– Дэйна, это просто магия. Других слов у меня нет. Если вы ручаетесь, что другие не хуже – я беру всю вашу корзину и даю слово – ее сметут, не успеете вы сказать “пирожок”.

– Вы все-таки попробуйте.

На этот раз он не произнес ни слова. Просто закатил глаза и мычал одобрительно.

– Я могу положиться на вас в вопросе цены? Не хочу продешевить, но и слишком высокую цену просить боюсь.

– Не переживайте, дэйна. Такая вкуснятина стоит каждого мистарда. И я готов продавать их за десяток. Конечно же, если в эту сумму будет входить и… – Он выразительно посмотрел на меня.

– Конечно. Ваша доля. Один мистард?

– Три.

– Два и еще половина мистарда, если будете брать заказы загодя.

– По рукам! – Майлз поспешил протянуть мне руку, закрепляя сделку. А я постаралась не выдать ликование. Если честно, была уверена, что он запросит не меньше сорока процентов от выручки.

От радости я едва не забыла про цукаты. Но сегодня на рынке прилавок со сладостями и заграничными фруктами пустовал, так что пришлось приберечь их на потом.

Переживая, что дети меня потеряют, я как метеор пробежалась по нужным лавкам, взяла ткани и тесемок, пару кусков говядины и еще одну курицу, яиц и хлеба, который Майлз выдал мне бесплатно.

Домой шла в таком отличном настроении, что даже не заметила, что камень, которым я подпирала ворота, лежит слишком далеко от места, где я его оставляла. И только на самом крыльце дома я услышала изнутри чей-то крик. Вихрем взлетела по ступенькам, рванула на себя дверь и остановилась как вкопанная.

В широкой прихожей, продолжая на чем свет стоит поносить детей, стояла незнакомая женщина. Одной рукой она держала Лили за локоть, а вторую занесла для удара…

Мне и раньше доводилось повышать голос как в повседневной жизни, так и на работе. Когда в твоем подчинении крепкие мужики, приходится иногда позволить себе и крепкое словцо вставить, чтобы быстрее доходило. Но я никогда не думала, что могу кричать так громко.

– Руки убрала от нее, тварь! – Последнее вырвалось само собой, но пришлось очень кстати. Незнакомка выпустила Лили, и та с плачем кинулась за мою спину.