4
0
Узкий проход с ковровой дорожкой, уставленный по бокам столбиками с цветами, будто для того, чтобы я не подумала сбежать. Гости в странных нарядах по обе стороны прохода, а впереди – мужчина, при одном взгляде на которого я поняла, что требоваться объяснений с такого – себе дороже. Ладно. Нужно покончить с этим, а потом уже разбираться, как из палаты паллиативного отделения я оказалась… там, где оказалась.
Идти было легко. Даже на высоких каблуках, на которых я почему-то чувствовала себя достаточно уверенно. Каждый шаг не отзывался болью. Спина оставалась прямой, и меня не скручивало в пояснице от малейшего движения, как в последние полгода.
Вблизи мужчина, мой будущий супруг, судя по всему, был невероятно хорош. Кажется, таких давно уже и в кино не увидишь. Темно-русые волосы, чернющие глаза и военная выправка. Вот только надменный взгляд все портил – я даже поежилась от холода, который он источал. Этот Мортон был явно не в восторге от своей невесты. То бишь от меня.
– В этот светлый день я рад приветствовать всех, кто собрался здесь, дабы засвидетельствовать… – Откуда-то сбоку появился низкорослый мужчина в ярко-красной хламиде. Но Мортон грубо перебил его.
– Давайте сразу к делу.
– Как скажете, дэйн. – Коротышка суетливо поклонился и зачастил. – Владыка Юго-Восточного Предела, дэйн Джеспар Майлз Мортон берет в законные супруги Эвелин Изабеллу Уолш.
Вот как. Мне, значит, титулы не положены.
– Даете ли вы согласие на этот союз? Дэйн Мортон? – Коротышка в хламиде повернулся к черноокому жениху.
– Да. – Холодно отрезал он.
– Эвелин?
Мне очень хотелось сказать “нет”. Потому что это не дело – идти замуж за первого встречного. И раз я не Эвелин, я не могу решать за нее.
Молчание затягивалось.
Мортон взглянул на меня, и у меня дыхание перехватило. Испугавшись, что сейчас вернутся и другие признаки болезни со всеми ее подарками, я нервно сглотнула и ответила.
– Да.
– Все присутствующие свидетельствуют о заключении нерушимого союза! – Бодро продолжил коротышка. – Примите мои…
– Довольно! – Оборвал его этот грубиян. А потом схватил меня за руку и потащил в сторону высокого стола, на котором лежал раскрытый талмуд. Склонился над ним, прижал большой палец к странице. По листу зазмеились золотистые росчерки, а когда Мортон убрал палец, под ним оказалась размашистая подпись."
"Мой новоиспеченный муж кивнул мне, и я повторила за ним, гадая, получится ли подобный фокус у меня. И чья подпись окажется на листе? Моя или незнакомой Эвелин, чье тело я заняла?
Витиеватые закорючки принадлежали явно не мне. И я мысленно выдохнула с облегчением, увидев удовлетворение во взгляде черных глаз. Значит, никто пока не догадывается, что хозяйки тела нет дома. А с ним тем временем творилось что-то странное.
