7
0А с наймом новых живых работников должна и моя мать справиться.
В общем, всё, что можно было делегировать — я делегировал.
— Алексей Дмитриевич, а куда мы едем? — спросил Саша перед самым отлётом.
— Ты думаешь, что если выучил моё отчество, то я откажусь от этой затеи? Ну уж нет, — я по-доброму усмехнулся.
— Надежда умирает последней.
— Мы летим в Омск. Там требуется наша помощь. Часов за пять-шесть должны добраться. Приземляться по пути не будем.
Зубастик был в нетерпении. Хотел скорее сорваться с места и улететь, как можно дальше. И даже его чешуйки стали светиться ярче.
— Мы могли бы и в склепе на кладбище спрятаться, — предпринял последнюю попытку Саша.
— Нет. Кладбище будут обыскивать в первую очередь. И, конечно, найдут пустые могилы, — ответил я и забрался на спину Зубастика.
Некроманты одновременно выдохнули, смиряясь с неизбежным.
Перед отлётом мы плотно закрепили сумки. А слуги ещё утром накрыли спину Зубастика толстым одеялом, чтобы на этот раз мы сидели не на чешуе. После последнего обращения она стала острой, и в прошлый полёт от моих огнеупорных штанов остались одни дырки.
Мы натянули на руки тёплые перчатки, а на головы — балаклавы. Полный комплект для зимнего перелёта!
— Держитесь крепко и не орите! — отдал я последнее указание и велел Зубастику взлетать.
Он распахнул огромные крылья и оттолкнулся на земли массивными задними лапами. С каждым взмахом нас подбрасывало всё выше. И я ощущал себя, словно на экстремальном аттракционе.
Зубастик сделал пару кругов над домом и полетел ввысь. К облакам… Это был единственный способ преодолеть стену в светлое время суток, не привлекая внимания дежурных. Не хотелось мне попасть под ещё один обстрел.
Мы достигли облаков. Здесь было настолько холодно, что всё вокруг начало покрываться льдом, кроме моего питомца. Казалось, что у меня сейчас даже глазные яблоки заледенеют…
Но так продлилось всего пару минут, пока Зубастик не прижал крылья к туловищу, и не пошёл не снижение. Тут-то мои некроманты не выдержали и закричали! Конечно, скорость свободного падения любого напугает. Это я уже привык, что Зубастик способен справиться со всем, и всегда помнит про наездников.
Стена Смоленска осталась позади, и Зубастик вновь распахнул крылья. Скорость замедлилась, и некроманты успокоились.
— Да я больше никогда оживлять трупы не буду! — на эмоциях прокричал Саша, и я еле уловил, что он сказал.
Встречный ветер заглушал почти всё.
Четыре часа мы летели ровно, не меняя высоты и скорости. Мы с Зубастиком наслаждались полётом. А судя по дрожащим телам некромантов, Олег и Саша мечтали скорее вновь опуститься к земле.
Под нами пролетали леса и озёра. А закат с высоты птичьего полёта был великолепен.
