4
0— Будем откровенны. Твоя душа подчинила это тело. Смогла развить в нём первоисточник. На самом деле… ему бы подошёл любой носитель первоисточника, но он хотел сыграть именно на тайне твоей личности и привязанности к семье. А жизненную энергию он копил только для того, чтобы её хватило… чтобы выбраться с того света. И он, наконец, накопил.
Я не переживал о тайне личности. Моя душа или настоящего Воронцова — это доказать невозможно. А убедить в этом мою семью или общественность — тем более!
— Если бы подошёл любой, зачем ты отца своего убил? — спросил я.
— Чтобы он не забрал его тело, — глаза парня заблестели влагой. — Когда я соглашался, то не знал, что Пожиратель душ потребует такого. Но тогда наша связь была совсем слаба. Ты… ты не представляешь, как тяжело мне далось это решение. Не представляешь…
Вячеслав сжал кулаки. Он жалел о том, что сделал. И впервые говорил об этом. Но почему именно мне?
— Твой отец был хорошим человеком, — сказал я и сел на скамейку рядом. — Мне жаль его.
— Я не мог поступить иначе, понимаешь… Когда Пожиратель найдёт себе новое тело, то погрузит весь мир в хаос. Мы все станем его слугами, а регатов станет ещё больше. И тогда он будет по-настоящему бессмертным. Он, а не все императоры, которых он сделал своими марионетками. Понимаешь, и я всего лишь кукла. И стоит мне выйти за пределы этой клетки, я снова не смогу сопротивляться его воле.
— И что ты предлагаешь?
— Ты же и так собрался уничтожить его. Но я хочу помочь…
— Зачем тебе это?
Я хотел понять настоящие мотивы Вячеслава. Но пока его слова звучали убедительно. Навряд ли бы Пожиратель душ додумался до антимагической клетки для лучшей достоверности слов, что должен сказать его раб.
— Меня ненавидит вся семья. А покушаются по десять раз на дню. Правда, пока преуспел только ты, — он печально усмехнулся. — И я отдам тебе трон, если ты разорвёшь нашу связь с Пожирателем. Свобода — вот чего я хочу. И никакое бессмертие не стоит лишения воли… и семьи. Иронично, но я это понял это, только когда лишился всего.
— Я тебе верю, — честно сказал я.
Разница в поведении была налицо. Такое не смог бы сыграть даже Макар, не то что Вячеслав.
— Послушай, — молодой император посмотрел мне в глаза. — Разбазаривать его жизненную энергию ты будешь десятилетиями. А есть более простой способ его убить.
— Какой?"
"— Вот это и есть самое сложное. И я не могу настаивать. В момент перехода в новое тело он станет смертным. Всего на секунду. Именно поэтому, когда это случится, он соберёт всех своих вассалов. Он уже начал готовиться к ритуалу, поэтому я и знаю об этом. И очень рискую, предупреждая тебя.
Он говорил правду. Снова. При переходе Макара в тело младшего Романова, мой друг на мгновение умер. И доказательства тому теперь всегда будут на его лице.
