Усадьба леди Анны

Лично для него, для падре Мигелио этот брак обещал следующую ступеньку в церковной иерархии. Падре собирался сменить обычную сутану на епископскую дзимарру*. А что сейчас?!

«Старуха,– он зло покосился на аббатису, – совсем заморила девицу! До бракосочетания осталось чуть больше двадцати дней, а та валяется с непонятно болезнью, и даже лекаря к ней не допускают… Устав монастыря этим дурам не велит… прости, Господи, раба своего за гнев! Дней через десять прибудет герцог, что мы ему предъявим? Больную невесту? Не дай Бог, конечно, но если маркиза не встанет совсем?!» Приговор падре был быстр и суров:

-- Внебрачная дочь епископа Терского не такая важная персона, чтобы служить при особе будущей герцогини.

-- Падре! – мать настоятельница вскинула взор на святого отца, собираясь возражать, но замолкла на полуслове – страшно стало. Падре был бледен от злости и раздражения. Лучше уж подождать и пристроить даму в другое место. Кроме того, аббатиса не понимала, откуда падре известны детали, и сочла за благо затихнуть на время. Кто знает, которая из сестер доносит ему во время исповеди?

-- Вы думали, мать Аннабель, что ваши мелкие интриги неведомы мне? В моей власти сослать вас на покаяние так далеко…

Аббатисса побледнела и перекрестилась.

Уезжая из монастыря, падре был почти доволен: маркизу перевели в гостевую комнату, большие окна которой выходили в солнечный сад. Ей вернули горничную, и мать настоятельница побожилась, что отныне сама будет проверять блюда, которые ставят гостье на стол:

-- Если вы считает это разумным, святой отец, все будет по воле вашей!

-- И пусть с ней занимается франкийским сестра Ренельда.

Мать настоятельница замялась:

-- Я готова выполнить ваш приказ, падре Мигелио, но не забыли ли вы, что сестра Ренельда, прежде, чем попасть сюда…

-- Что? – несколько ехидно спросил падре. – Не забыл ли я, что эта великосветская шлюха, да простит меня Господь, – тут же благочестиво перекрестился он, -- попала сюда волей дофина? Нет, не забыл.

-- Как скажете, падре Мигелио, – аббатиса смиренно потупилась, и падре, смягченный ее покорностью, немного пояснил:

-- Маркизе предстоит жить с герцогом, так что уроки сестры Ренельды лишними не будут. Пусть духовный наставник твердит, о плотских грехах, а молодой муж требует своё. Чем меньше мира в таких семьях, тем лучше для нас, сестра Аннабель. Мы вынуждены допускать такие браки по соображениям политики, но духовная жизнь этих пар не должна выходить из-под нашего контроля.