2
0Герцог пристально глянул на горничную:
- Особенная, да?
- Ваша светлость, но как же…
- Ногами! Вон!
Бросив свое дело, девушка ринулась к двери. Платье тут же разошлось сзади, утратило форму и повисло на бретельках. Магда оказалась одета в белый мешок с изрядною прорехой на спине.
- Оно мне мало.
- Заказал по зимней мерке. Ты растолстела в Шиммери.
- Идовы портные ошиблись, нужно срочно сшить другое.
- Корова. Кабаниха.
- Папа!..
- К тому же, дура.
Кровь бросилась в лицо Магде. Папенька мог звать ее толстухой, лентяйкой, скрягой и даже свиньей, но всегда гордился ее умом.
- Отец, как вы можете?
Герцог Морис обошел ее по кругу, рассматривая, словно чучело.
- Я закажу другое платье, - промямлила Магда.
- Нет.
- Выйду и переоденусь…
- Стой.
Герцог Морис выбрал точку для наблюдения, подвинул кресло и уселся так, чтобы видеть всю полноту уродства дочери.
- Дуреха… - он брезгливо встряхнул подбородками. – Что мне с тобой делать?
Магда не нашла ответа. Уткнулась в пол, погладила себя по бокам, силясь придать платью подобие формы.
- Хоть осознаешь, что натворила?
Магда промолчала.
- Та дочь, которая была у меня зимой, все понимала бы сама. Но солнце так напекло тебе голову, что мозг расплавился и вытек через ноздри… Свинка моя, какой черт подбил тебя связаться с Адрианом?!
- Я думала…
- Ни черта ты не думала! Уж точно – не головой! Между ног засвербело, а тут раз – мужчинка. Красавчик, янмэйчик. Отчего бы не взять?
- Отец, я не…
- Твою ж Праматерь, кончай перебивать! Когда захочу услышать хрюканье, дам тебе слово. А сейчас – молчи и терпи! Я вот терпел, сожри тебя тьма. Ты лазила где-то в горах, куда птицы не летают, слала мне эти вот писульки… - Герцог с отвращением сжал пальцы, будто комкал ленту голубиной почты. – Я ничего не мог, только читать и молиться, чтобы ты не испортила окончательно все! Не утопила в глубоком дерьме свои же успехи! Читал и молился, заклинал Праматерь Софью… Но какое там! Ты утопилась сама, высунула руку из выгребной ямы, схватила меня, маму, брата, вассалов, рыцарей - весь Дом Лабелин, сожри его тьма, - и бульк в дерьмище!
Герцог схватился с места, взбудораженный гневом. Принялся расхаживать по комнате, тяжелым шагом выжимая скрип из половиц.
- Адриан – прокаженный. Знаешь, когда по всему телу – эти вот язвы, из которых льется гной. Он противен целому миру, все хотят его прикончить. Адриан – идеальный козел отпущения. Кто еретик? Адриан. Кто разогнал Палату? Адриан. Кто самодур и деспот? Кто сжег Эвергард? Кто посеял смуту, допустил мятеж, потерял достояние Династии? Кто крал леденцы и насиловал овец?! Адриан, Адриан, еще трижды – Адриан! Черт, даже я хотел его придушить – за то, что он проиграл, когда я ставил на победу. Как можно было проиграть, имея пятнадцать искровых полков!..
