2
0Хармон показал ему эскиз, набросанный наспех:
- Можешь нарисовать такое, только красиво?
- А что это, добрый господин?
- Небесный корабль. Аппарат, способный поднять в воздух человека.
- Ага, из сказки…
Хармон не стал спорить, но предупредил:
- Только рисуй не по-сказочному, а натурально, чтоб выглядел будто настоящий. Можешь поставить несколько размеров, как на чертежах. Вот здесь четыре фута, тут десять, тут сорок пять. И рядом пририсуй еще пару птиц, а далеко внизу – маленький домик. Ну, чтобы ясно было, как высоко летит.
Рисовальщик отлично справился с делом. Хармон получил не то чтобы чертеж небесной сферы, но нечто, весьма на него похожее.
Следующим днем отправились ко двору. По дороге Весельчака прорвало: принялся вспоминать, как они с лордом-канцлером штурмовали город. Штурм вышел совершенно бескровный – приехали да вошли. Но было очень, просто идовски опасно, за каждым углом поджидали лопатки да гробки, и потому каждый шаг врезался Весельчаку в память. Вот на этой улице он споткнулся; вон из того фонтана Джоакин попил воды; вот здесь, на площади, гуляли студенты… Когда вышли к ратуше, ветеран перескочил в другую колею. Ночью штурма ратуша была закрыта, зато он в ней побывал, когда ходил на прием к леди-бургомистру. Стал описывать заново весь визит к Аланис Альмере, а Хармона уже тошнило от этого имени.
- Весельчак, помилуй! Мне еще Джоакин все уши прожужжал: Аланис то, Аланис сё… Спой другую песню!
Ветеран охотно согласился:
- Вон в том переулке был трупный тупик. Кто погиб при штурмах дворца, тех сюда свозили. Говорят, много их набралось – лежали в три настила. А что зима, так они льдом покрылись и смерзлись крепенько. Не знаю, как и разделили потом…
Наконец, подошли ко дворцу. Не к тому, что на острове, а к этому, квадратному, на холме. Кажется, он зовется Престольной Цитаделью.
- Нам не сюда, - сказал Весельчак. – На остров нужно.
- На всякий случай переспросим.
У ворот Цитадели стояла очередь, а если приглядеться, то даже две. Поинтересовались:
- За чем стоите, люди добрые?
- Мы – ветераны, восстанавливаемся на службе… А мы – с прошениями в секретариат…
- Секретариат – это где принимают ходатайства к императрице?.. Братья, нам сюда!
Заняли очередь, которая двигалась довольно неспешно. Весельчак имел что сказать по данному поводу:
- А в ратуше у леди Альмера люди так и летали. Только вошел – не успел опомниться, как уже вышел. Вот кто умеет поставить дело…
- Друзья мои, - предложил Хармон, - давайте ради мира и согласия в нашем тесном обществе введем две запретных темы. Отныне мы не говорим о мертвецах и леди Аланис.
- Ага, - согласился Весельчак, - Джоакин тоже о них не любил. Скажешь: «гробки» - он злится; скажешь: «герцогиня» - дует губы.
