2
0И Галлард говорит, сочась пафосом:
- Много людей хотят служить под знаменами Праотца Пауля. Сами боги изберут среди них достойнейшего и вручат ему великий дар бессмертия. Завтра мы услышим глас божий!
Чара повторяет на свой лад:
- В назначенный день Гной-ганта уйдет к Орде Странников. Он оставит в мире лучшего всадника вместо себя.
Аланис слышит в ее словах ноту ревности. Чара не тщеславна, но все же слегка обижена, что ей не предложили испытание. При ночном десанте она храбро шла в первых рядах…
- Мне думалось, - роняет Кукловод, - боги высказались вполне определенно еще в год Семнадцатого Дара. Мы с братом первыми встретили Праотца Пауля!
- Стоит ли напоминать, - скрипит Пауль, - что со мной сделал ваш отец?
Напряжение сбивает генерал Хорис – плещет вином, поднимает кубок:
- Друзья мои, не нужно распрей! Осада снята, враг бежал без боя, мы сыты и пьяны – так порадуемся этому!
- Слава графу Шейланду!.. Долгих лет приарху!.. Гной-ганта!.. – вразнобой кричат воины.
- Ваше здоровье, отважный сир Джоакин, - с издевкою говорит Аланис.
Путевец чуть не давится вином.
Комедия абсурда завершается – трапеза подходит к концу. Приарх предлагает устроить испытание завтра, в час дневной песни, в главном городском соборе. Пауль соглашается со временем, но меняет место:
- Большой храм – признак гордыни. Боги ждут от избранника сдержанности. Соберемся в замковой часовне.
Галлард и Лаура всецело одобряют. Виттор что-то бормочет под нос.
С позволения лордов, вассалы начинают расходиться на ночлег. Приарх требует хорошую спальню для себя и молодой жены. Пауль, напротив, играет скромность:
- Мы привыкли к походной жизни. Переночуем под открытым небом.
Но Виттор любезен со своим добрым другом:
- Я не прощу себе, если ты ляжешь на сырой земле! Бери спальню моего отца!
- Благодарствую, - мурлычет Пауль. – Но я хочу делить ложе с женщиной. Достаточно ли оно широко для двоих?
Несколько человек явно реагируют на это. Джоакин таращится на Аланис. Джоакинова баба завистливо вздыхает. Чара хмурится и поджимает губы. Виттор льет медом:
- Никогда не разлучайся с любимой, мой друг! Тем более – в спальне.
Их провожают на ночлег, отпирают двери роскошных покоев. Четверка ханидов – Кнут и Муха, Чара и однорукий Сормах - следуют за Паулем, как почетный караул. Чара шепчет:
- Гной-ганта, не оставайся здесь один! Эти люди – гниль. Позволь нам защитить тебя!
- Я не один, - усмехается Пауль, сгребая в охапку Аланис.
- Она не воин, как мы. Позволь остаться в твоей спальне!
Преданность Чары весьма трогательна. Но Пауль только смеется:
- Моя женщина будет стесняться при вас.
- Мы заночуем снаружи, у двери! Никого к тебе не впустим!
- Нет. Ступайте в город, к орде. Вы нужны всадникам, а я о себе позабочусь.
