Пылающие сердца

Мне даже захотелось, чтобы я мог полюбить тебя в ответ, дать тебе то, что ты дала мне.

Кристен закрыла глаза, чтобы он не мог заметить, какую боль причинили ей эти слова после всего, что произошло между ними за последние часы. Ему не нужно было говорить ей о том, что он не способен полюбить ее. Он мог бы оставить ей хотя бы надежду, пусть даже ненадолго.

Она снова взглянула ему в лицо и, поскольку гордость ее была задета, резко спросила:

– А с какой стати ты говорил о любви? Она увидела, как он застыл и нахмурился. Очень хорошо. В отличие от нее, он не умел так хорошо скрывать свое уязвленное самолюбие.

– Прошу прощения, - сухо ответил он. - Ты ведь не говорила, что любишь меня, не так ли?

– Нет, не говорила. Мне очень нравится твое тело, милорд, но это все, что связывает нас.

– Прекрасно, - ядовито усмехнулся он. - Хоть ты и была девственницей, но рассуждаешь, как видавшая виды шлюха.

Кристен с шумом втянула воздух. Это было уже слишком. И она не намерена была терпеть его насмешки и оскорбления, особенно теперь, когда для этого больше не было причин.

– Если ты еще раз назовешь меня шлюхой, сакс, я выцарапаю тебе глаза! - с яростью прошипела она.

Он улыбнулся, увидев, как она рассвирепела.

– Немного поздно начинать отрицать то, что ты сама давно признала.

– Нет, я никогда не говорила, что я шлюха. Ты это говорил.

– Но ты никогда и не отрицала этого.

– Ты сам знаешь почему.

– Нет, я этого не знаю, - ответил он. - Но мне было бы крайне любопытно узнать, в чем же дело.

– Тогда припомни, что ты сказал мне здесь, в этой самой комнате. Ты сказал, что изнасилуешь меня, если я девушка. Я уже тогда хотела тебя, но не желала, чтобы это произошло именно так.

Он улыбнулся, а затем неожиданно рассмеялся, и это был очень добродушный, сердечный смех.

– Господи, девочка моя, и ты всерьез поверила тому, что я сказал в порыве гнева?

Кристен сурово уставилась на него, не находя в этом ничего смешного.

– Ты хочешь сказать, что не стал бы насиловать меня, даже если бы узнал, что я невинна?

– Нет, конечно, хотя, сказать по правде, если бы сегодня ночью ты попыталась сопротивляться, я все равно взял бы тебя, и ты назвала бы это насилием, в то время как я счел бы это своим правом.

– Я вовсе не это имела в виду, сакс, - нетерпеливо оборвала она его.

– Ах, ты еще собираешься оспаривать это право?

– Дай мне закончить! Ты взял бы меня силой, просто из мести?

– Нет, Кристен, никогда, - тихо сказал он, и его рука принялась нежно разглаживать морщинки на ее нахмуренном лбу. - И именно этого ты так боялась?

– Да, - пробормотала она. Ройс улыбнулся.

– Как мы оба ошибались друг в друге.