Он махнул рукой, чтобы отогнать надоедливое насекомое, но вместо этого его пальцы натолкнулись на холодную сталь, и острие кинжала сильнее надавило ему на шею, заставляя убрать руку.
Это был не сон. Он почувствовал, как Кристен, безмятежно спавшая слева от него, крепче прижалась к нему, одна ее рука покоилась у него на груди. И боль от укола была слишком реальной. Он не мог в темноте разглядеть нападавшего, но этот человек каким-то образом беспрепятственно проник к нему в спальню и теперь угрожал его жизни. А поскольку никто из его людей не стал бы делать этого, вывод напрашивался сам собой: викингам удалось вырваться из-под стражи.
Кристен клятвенно заверяла его, что если пленникам удастся выбраться на свободу, то не будет никакой резни, они просто попытаются исчезнуть отсюда. Может быть, в таком случае, они просто пришли за ней? Он не собирался, позволить им забрать ее с собой. Прежде им придется убить его. И он отлично понимал, что в сложившейся ситуации им это будет совсем нетрудно сделать.
– Ты можешь понять, что я говорю?
Его мускулы напряглись.
– Отвечай, сакс! - Это был все еще шепот, но в нем уже прозвучал гнев.
– Да, я понимаю тебя.
– Это хорошо.
Давление на его шею ослабло, лезвие кинжала переместилось и легло поперек его горла таким образом, что при малейшем движении его яремная вена оказалась бы Перерезанной.
– Говори, что тебе нужно! - прошипел он.
– Не спеши, сакс, - снова раздался шепот. - Пока они там все еще дерутся между собой, я хочу получить ответы на кое-какие вопросы. Я не могу так просто приговорить человека, не зная всех фактов.
Ройс нахмурился. Он не мог понять, о чем идет речь. До него не доносилось никакого шума сражения. В комнате было слышно лишь их дыхание.
– Кто…
Лезвие тут же сильнее прижалось к его шее, слегка надрезав кожу, и он замолчал. Кристен пошевелилась во сне. Он старался не напрягать плечо, на котором она спала. Ему не хотелось, чтобы она проснулась и увидела этот кошмар.
– Я задам тебе несколько вопросов, сакс. Отвечай мне правду, если тебе дорога жизнь.
Он все меньше и меньше понимал, что же, в конце концов, происходит.









