Пылающие сердца

А как лучше он мог достичь цели, чем в открытую провозгласить, что она его любовница? Ни один человек из наблюдавших за ними не усомнился бы в этом. Ройс даже задержался на мгновение у подножия лестницы, чтобы поцеловать ее.

Удивительно, но Кристен нисколько не задело его поведение. Если бы она была его женой, они вели бы себя точно так же. Но больше всего ее заставило безропотно подчиниться Ройсу то, что он оставил короля и остальных гостей на попечении Олдена, чтобы увести ее наверх. Это доказывало, что ее безопасность была очень, важна для него.

– Хорошо, что ты не вздумала сопротивляться, Кристен.

Он сказал это, едва закрыв дверь в свою спальню и отпустив ее руку. По его тону она поняла, что эти слова надо воспринимать как благодарность за то, что она не испортила ему игру. Она направилась к кровати, ничего не отвечая, пока не села, чтобы дать отдых уставшим ногам.

– Я не стала бы перечить тебе на глазах у посторонних.

Он подошел и встал перед ней, слегка нахмурившись.

– Может быть, ты не поняла…

Ее тихий смех заставил его остановиться.

– Твой метод был несколько груб, но смысл твоего поступка не укрылся ни от меня, ни, полагаю, от гостей.

– И ты не возражаешь?

– Наверное, нет, иначе я была бы очень сердита. Или, может быть, я слишком устала, чтобы сердиться. Не знаю. Но что тебя так беспокоит? Если бы я стала кричать и брыкаться, это больше соответствовало бы твоему замыслу?

– Я был готов к тому, что это может случиться, - проворчал он.

Она улыбнулась и покачала головой.

– Я уже сказала, что не стала бы перечить тебе в присутствии посторонних.

– Почему? - поинтересовался он. - Когда мы одни, ты не испытываешь ни малейших колебаний на этот счет.

– Я всю жизнь прожила в окружении мужчин и хорошо знаю, что такое мужское самолюбие. Ты никогда не простил бы мне, если бы я одержала верх над тобой на глазах у всех. Но когда мы одни, это не имеет значения.

– Я думаю, это относится и к тебе, женщина! - рассмеялся он.

Она пожала плечами и легла на спину, глядя на него из-под полуприкрытых век. Ройс затаил дыхание. В том, как она лежала перед ним, такая расслабленная, явственно читалось приглашение.

Заметив его колебание, она засмеялась низким, грудным смехом.

– Я хорошо понимаю тебя, мой господин! Ройс почувствовал, как к его желанию начал примешиваться гнев. Общаясь с Кристен, он все время находился в состоянии напряжения. Она никогда не поступала так, как он ожидал или как было принято.