Пылающие сердца

Он оставил дверь открытой, чтобы в комнату проникало хоть немного света, и неторопливо, уверенно направился к ней. Кристен схватила одеяло и натянула его до самой шеи. Ей хотелось встать, потому что она чувствовала себя беззащитной, лежа на полу, когда он возвышался над ней во весь свой рост. Но она не желала показывать ему, что ее волнует его близость. Вместо этого она повернулась на спину и взглянула ему в лицо.

– А что ты расслышал? - осторожно спросила она.

– Вызов. - Его голос все еще был спокоен, но теперь в нем явственно прозвучала угроза. - А когда бросаешь вызов, нужно быть готовым к последствиям.

– Каким последствиям?

Вместо ответа он наклонился и сорвал с нее одеяло. Спустя мгновение он уже лежал на ней, крепко зажав в своих ладонях ее лицо и склоняясь к ее губам. Но прежде, чем он успел дотронуться до нее, Кристен с силой оттолкнула его, так, что он скатился на бок. Девушка знала, что ей удалось это сделать только потому, что она застала его врасплох, и она тут же воспользовалась своим преимуществом. Перекатившись через него, она попыталась вскочить на ноги. Но его рука поймала ее за щиколотку прежде, чем она успела сделать первый шаг по направлению к двери.

Кристен упала на пол и лягнула Ройса свободной ногой, заставив его отпустить ее. Но он уже поднялся и сел, и хотя она бистро поджала под себя ноги, чтобы он снова не попытался схватить ее, было совершенно очевидно, что она не успеет добежать до двери.

Они вскочили, и Кристен стала медленно отступать, выставив вперед руки, словно защищаясь. Ройс быстро шагнул в сторону, преградив ей путь к выходу, и остановился.

– Вернись на свой тюфяк, Кристен.

В этом холодном приказе прозвучали предостерегающие нотки, но она упрямо покачала головой, отступая от него. Ей было некуда бежать, да она и не хотела делать этого. Все равно он заставит ее покориться, и хотя, она не собиралась сдаваться без боя, все же ей хотелось, чтобы он выиграл эту битву - или хотя бы думал, что выиграл. Гордость не позволяла ей уступить, но она готова была подчиниться грубой силе."

"Ее сердце бешено колотилось, пока она наблюдала, как он расстегнул ремень, снял тунику и сердито отшвырнул их в сторону. Он был зол.

Он не сдвинулся с места, пока остатки его одежды не оказались на полу. Он стоял, глядя на нее, свет, падавший из двери, освещал лишь одну половину его фигуры, вторая же оставалась в глубокой тени.