2
0Как выяснилось, вас тоже легко обмануть.
– Ну, самому себе я пока верю, – усмехнулся он. – Может, и ты когда-нибудь начнёшь доверять?
Я выжидающе посмотрела на него, промолчав.
Рассказ Эрланна не занял много времени. И нет, он не стал жертвой интриг брата. До тех событий восьмилетней давности он докопался сам, а вникать в них начал задолго до того, как вернулся в Дансвик после многолетнего перерыва.
О родне со стороны матери – Герстленах – Кристар имел смутное представление. Дидерик Стордаль, получив, что ему было нужно – хорошее приданое и одарённого наследника, а после так удачно овдовев, оборвал связи с новой роднёй. В особняке на Эльдстегат о них не говорили, да и сами Герстлены не горели желанием брать на себя заботу о младенце, лишившемся матери."
"Как это было принято во многих богатых семьях – моя, к счастью, была исключением – детей до определённого возраста поручали воспитателям, не считая нужным даже видеться с ними, пока новый член семьи не подрастёт. Насколько мне было известно, наш нынешний король увидел собственного наследника-принца во второй раз, когда тому исполнилось пятнадцать. Впервые – при рождении.
Так что если у Амроя Герстлена и были планы на племянника в будущем, то старик Эрланн не дал им осуществиться, выкупив у Дидерика сына, словно какую-то вещь, и увезя его в столицу.
А планы у Амроя Герстлена были самые амбициозные. К тому, чтобы стать главой ратгауза, он упорно шёл несколько лет. Главным конкурентом был Николас Оркан, и именно его на очередном совете избрали новым главой. В ход пошли уговоры, подкупы, шантаж… Когда это не принесло результатов, что ещё оставалось… Только обвинить соперника в госизмене. Предварительно позаботившись об «уликах», «свидетелях», а также о том, чтобы местный О. Б. не особо вникал в это дело…
– Имя Герстлен не фигурирует ни в одном документе дела, – возразила я. – А я видела их все. Одни только ваши слова не доказывают причастности вашего дяди. Это мог быть кто-то другой.
– То есть тебе мало того, что я сам об этом рассказываю? Особенно после твоего обещания вырезать всех: причастных и невиновных? – усмехнулся Эрланн. – Мне что, теперь ещё нужно доказать, что я достоин твоей мести?
Он перекатился на край кровати, поднялся и вернулся с толстой тетрадью, что изучал за столом. Дал мне её и снова лёг рядом. Ещё ближе, чем до этого.
– Четыре года назад меня отыскал душеприказчик из Дансвика. Внезапно я оказался единственным наследником рода Герстлен. Всю их семью подчистую выкосила «чёрная язва». Я даже не сразу вспомнил, кто это. Наследства я не увидел – всё ушло на погашение моего долга перед патроном.
Лицо его болезненно исказилось, и я поняла, что речь о старике Гровере Эрланне.
