Приграничье

Вроде как гимназисты идею своих колдовских фонарей с них слизали.

— Живее давай! — Перепрыгнув последнюю ступеньку, Ермолов разорвал надвое какую-то бумажку и прилепил ее половинки на стены по обеим сторонам прохода. — А то нагонят.

— Так и так нагонят. — Я прошел мимо, с интересом наблюдая, как Шурик аккуратно расправляет ладонью на шершавом камне неровно оборванные листки. — Что еще за наскальное творчество?

— А чтоб не догнали, — недобро улыбнулся Шурик. — Собачек они твоими стараниями с поводка заранее спускать побоятся, но наверняка на поводках вести будут.

— Стоп! Что значит внизу?! — забеспокоился я, нагоняя вновь рванувшего по коридору Шурика. — Ты куда собрался, Сусанин?

— Да не ори ты. — Ермолов остановился у какой-то дыры в полу. — Рюкзак давай.

— Чего делаешь?! — в голос взвыл я, когда он принялся скидывать в провал наши пожитки. — Совсем опух?

— Спустимся — заберем, а тащить с собой их незачем, — объяснил мне здоровяк. — И не трясись ты — этим летом сюда на учения мотались.

— Сколько народу потерялось? — уточнил я, покосившись на стены, покрытые обледенелой коркой какой-то осклизлой гадости.

— Трое, — сознался Шурик и, желая замять эту неприятную для него тему, вновь заторопил меня. — Ходу, ходу!

— А чего самим так не спуститься? — стараясь не отстать, поинтересовался я у Ермолова.

— Одного так и потеряли, тоже самый умный был. Говорили же: не лезь — так нет, не послушал. Задохнулся на хрен, — после долгого молчания соизволил ответить Ермолов и включил заблаговременно вытащенный из рюкзака фонарик.

— Не, нормально все, — прислушавшись к своим ощущениям, откликнулся я и подошел к темному пролому, вокруг которого валялись куски выломанных из стены гранитных плит. — Взрывали, что ли?

— Да не лезь ты вперед батьки. — Шурик оттащил меня назад и, направив в пролом луч фонаря, переступил через вывалившийся из стены блок. — Никто ничего не взрывал, с чего взял?

— Само вывалилось, что ли? — хмыкнул я и принялся изучать провал внутренним взором.

— Давай короче, — позвал меня Шурик и, освещая путь фонариком, двинулся дальше.

— Иду, — поморщился я, пытаясь избавиться от странного гула в голове. Что интересно — гудение появилось, стоило лишь повнимательней вглядеться в темноту пролома. Странно это — как спустились, интенсивность магического излучения на убыль пошла. Даже защитные барьеры ослабить пришлось, чтоб в себе излишнюю энергию не таскать. А тут будто колотушкой в темечко тюкнули.