Приграничье

Но легче стало буквально на двадцать минут — этого времени нам хватило, чтобы добежать до поворота дороги на гать через Ляховскую топь. Увидев, что я не собираюсь туда сворачивать, патрульные из первой роты остановились как вкопанные.

— Чего встали? — Я тоже остановился и повернулся к ним.

— Нам туда вроде? — Стрига указал на дорогу, уходившую в сторону болота.

— Через топь не пойдем. — Я воткнул лыжные палки в снег и поправил лямки вещмешка. — Стороной обойдем."

"— Чего?! Это же целый день псу под хвост! — чуть не подпрыгнул Коммандос. — Мы ж так до Волчьего лога сегодня дойти не успеем!

— И че теперь делать? Обратно в Форт вернуться?

— Не, что за беспредел, командир? — начал заводиться мелкий. — Я на моржевание не подписывался!

— Да ладно, Дима, чего ты, в самом деле? Прогуляемся, свежим воздухом подышим, — косясь на меня, попытался успокоить его Стригунов и добавил уже вполголоса: — Да и суета на болоте нездоровая сегодня…

— Вот-вот… подышим. — Я ухватился за лыжные палки и покатился вперед. — И лучше больше не парь мне мозги, Дима.

Тот сплюнул, пропустил вперед Макса с Николаем и покатился рядом со Стригуновым. Так мы и бежали. Время от времени я оборачивался и внимательно осматривал растянувшуюся цепочку бойцов. Больше всего меня волновало состояние Ветрицкого и Стригунова. Но, как оказалось, волновался я напрасно. Николай спокойно выдерживал заданный темп, а у патрульного из первой роты здоровья было немерено и палатку он пер без проблем.

Начало светать. Вишневое пятно солнца медленно вспухало над горизонтом, постепенно выходя из-за перьевых облаков на горизонте. Надеюсь, до поворота на Волчий лог мы успеем дойти раньше, чем солнце окончательно взойдет и начнет светить прямо в глаза.

Заваленные снегом фундаменты домов остались позади и постепенно справа по краям дороги начали попадаться деревья. Кусты на обочинах под порывами ледяного ветра тонкими ветвями мели укрытую снегом землю. Со стороны болота деревья не росли, и лишь пятна бледно-желтого камыша скрашивали белую пустошь болота. Деревья справа тоже особо не разрастались — вблизи Форта любое дерево со стволом толще запястья в первую очередь рассматривалось с точки зрения возможности получения дров. Спокойно росли лишь бархатники, развесистые ветви которых покрывали длинные редкие иглы. Кора этих деревьев поразительно напоминала человеческую кожу. От вырубки их спасал не только сильный неприятный запах, издаваемый при горении, но и возникающие от соприкосновения с золой язвы. Впрочем, и эти растения не были в полной безопасности: в самом начале лета целители, травники и чародеи буквально под корень обстригали все их молодые ростки.

Впереди на дороге замелькали черные точки.