Приграничье

Раз, второй! Все, затих…

Остальные что?

Алекс, оседлав поваленного на пол бандита, размеренно – правой, левой! – молотил его по лицу. Напалм, зажав руками отбитый пах, корчился у стены. А вот главарь, вслепую размахивая перед собой тесаком, медленно пятился к лестнице. Я рванул к нему и тут же отшатнулся назад, уклоняясь от мелькнувшего перед лицом широкого клинка.

Вот же гад! Чуть не зацепил!

Не желая больше рисковать, я расширил границы рвавшегося на волю ясновидения и вновь шагнул к бандиту. В самый последний момент поднырнул под тесак и полоснул финкой по запястью. Главарь, охнув, зажал до кости рассеченную руку, получил рукоятью ножа в висок и повалился на пол.

Готов.

– Алекс! – Я подбежал к ликвидатору и, ухватив за ворот фуфайки, сдернул его с бандита: – Да успокойся ты!

– Чего?!

– Тащи своего в номер! – Попасть ключом в замочную скважину получилось вовсе не с первой попытки, но в итоге мне все же удалось отпереть дверь и распахнуть ее настежь. – Живее!

– «С криком кия и ударом ноги, – прохрипел пиромант и перевалился на колени, – папины яйца стекли в сапоги…»

– Напалм! – рявкнул я, затаскивая в номер главаря. – Помогай!

– Какой там! – простонал пиромант, еле переползя через порог. – Самому бы кто помог. Уй-ё-о…

Я бросил бандита у кровати и сунул Алексу финку:

– Распарывай простыни!"

"Сам бросился за Жорой. Этот гад уже начал приходить в себя, но удар ботинком по стриженой голове вновь отправил его в забытье.

– Что с ними делать-то? – заголосил Алекс, когда я заволок Жору в номер и захлопнул за собой дверь.

– На кровать клади и связывай, – проинструктировал его привалившийся к подоконнику Напалм, который никак не мог оправиться после удара. – И руку этому перевяжи, нам еще жмурика не хватало!

– Помогай!

– Не трогай его, Алекс! Сами справимся. Давай на счет «три»!

Одного за другим мы с Шумовым погрузили всех бандитов на кровати и примотали их за руки за ноги к железным дужкам распоротыми на полосы простынями.

– Хватайте вещи, и убираемся! – распорядился я.

– Кляпы! – напомнил Напалм.

– Алекс, сделай!

Неожиданно закружилась голова, и мне пришлось опереться на шкаф, чтобы не упасть.

– Откат? – забеспокоился пиромант.

– Ерунда, – отмахнулся я, отпуская дар на волю и одновременно резко сокращая объем отслеживаемой предвидением информации. Не держи в себе – очень правильный принцип. Пусть откат спокойно схлынет, главное, чтоб он меня зацепить не успел.

Несколько сумбурных ударов показались легкими тычками, обжегший запястье порез заставил поморщиться, а угодившая в висок рукоять финки – нервно мотнуть головой. Но и только. В следующий миг дурнота схлынула, будто ее и не было.

А попытался бы, как обычно, от ясновидения отгородиться – и получил бы по полной программе.