Приграничье

 – Стоит мне только о взятке заикнуться, мигом все под корень оторвут и скажут, что так и было. Нет, в этом вопросе на меня не рассчитывай. Мне еще пожить охота…

– Ясно, – озадаченно кивнул я, не в силах понять столь странной реакции гимназиста. Можно подумать, у них там никто деньги не берет…

– О чем секретничаете? – подошла к нам давненько уже с подозрением посматривавшая на меня Оксана.

– Да вот Евгений предлагает пирамиду Братству загнать. За миллион, – расплылся в улыбке Линев.

– Что?! – Девушка даже задохнулась от возмущения. – Да…

– Он пошутил, – тяжело вздохнул я.

– Пошутил, пошутил, – подтвердил Слава и, похохатывая, зашагал к костру.

– И все равно, Евгений, – нахмурилась гимназистка, – ваше поведение не выдерживает никакой критики!

– В смысле?

– Я об идее выставить Цитадель на торги, – обожгла меня гневным взглядом раскрасневшаяся на морозе девушка.

– Да какие могут быть торги… – махнул я рукой. – Понятно ведь, что никто не даст реализовать пирамиду на сторону.

– Но вы собираетесь шантажировать Гимназию!

– Что значит шантажировать? Немного возросла цена, только и всего. Закон рынка.

– Да как вам не стыдно! – повысила голос Оксана. – Эта пирамида – достояние общества! Изучив ее, мы откроем секрет перемещений между мирами! Это наш шанс вернуться домой! А у вас в голове лишь нажива…

– Пирамида – достояние общества, – глядя в сторону, кивнул я. – И она бесценна. А эти пятьсот тысяч лишь плата за эксклюзив. Ведь Гимназия не собирается привлекать к исследованиям сторонних специалистов?

– В этом нет никакого смысла! Мы справимся сами!

– Не буду спорить.

– В любом случае и речи не может идти о повышении вознаграждения!

– Почему?

– Потому, что это неправильно. – Оксана с негодованием уставилась мне в глаза и попыталась объяснить: – Нельзя думать только о себе. Даже сто тысяч – это очень немало. Пятьсот тысяч золотом сумма для нас просто неподъемная.

– Думаю, вы преуменьшаете финансовые возможности Гимназии…

– Придется сократить финансирование других жизненно важных исследований! И ради чего? Исключительно ради вашего желания набить свой карман? Нельзя ставить свои интересы выше общественных!"

"– Получается, лучше экспроприировать Цитадель у тех, кто рисковал жизнью? Просто взять и отобрать? Ради общественного блага? Так? А что людям надо семьи кормить – это никого не волнует!

– Никто не говорит об экспроприации, – закусила губу колдунья. – Сто тысяч – это достойная цена.

– Сто тысяч на четверых просто пшик! – Я указал на Василенко.