9
0А как снег сойдет, так уже и оттаем.
Нет, лучше уж помучиться, зато в целости и сохранности до места добраться. Проводников-то аховых дали. Хотя, с другой стороны, вчера Напалм нас спас, без него бы не выпутались. Выходит, и в самом деле что ни делается, все к лучшему.
Ну практически…
– Осторожно, в отвале что-то есть, – заранее предупредил я, когда мы вытряхнули из обуви снег и зашагали по дороге, идущей меж тянувшихся вдоль обочин бетонных заборов.
И хоть предчувствие особой опасности не улавливало, я стянул правую меховушку и поудобней перехватил двустволку. Если уж в Форте ситуация в мгновение ока самым кардинальным образом поменяться может, тут и вовсе расслабляться нельзя. Да и страшно с непривычки-то…
– Рука торчит, – указал вдруг на высовывавшуюся из-под снега кисть пиромант."
"Почерневшая кожа, ногти под цвет льда. Давно лежит? Да кто его знает…
Тут пальцы едва заметно шелохнулись, и, проскочив опасное место, мы задали стрекача. Да так лихо, что едва не влетели в протянувшуюся над дорогой паутину. Тонюсенькую, почти прозрачную и тем не менее, по слухам, способную рассечь человека надвое. Никакой полушубок не спасет. Вжик – и все.
– Стоять! – крикнула первой заметившая опасность Вера. – Не прикасайтесь к ней!
Пиромант оттер девушку в сторону и протянул к паутинке руку. По призрачной нити побежали языки бесцветного пламени, и она тотчас лопнула.
– Делов-то! – самодовольно ухмыльнулся Напалм.
– Вот вляпался бы в нее, было бы тебе делов! – не разделила его оптимизма девушка. – Не зевайте!
– Дальше чисто. – Я ослабил контроль над предвидением, а потом заморгал, пытаясь сфокусировать зрение. – Лагерь прямо за поворотом.
– Вроде моторы шумят, – прислушался пиромант. – Идемте!
Я зашагал по дороге, но сразу остановился и обернулся к поотставшей Вере:
– Кстати, а вам бумаги какие-нибудь дали?
– Ты туалетную имеешь в виду? – сострил Напалм.
– Достал уже! – рассвирепела девушка. – Ну сколько можно?
– Это нервы. – Парень вытащил убранную за ухо сигарету и посмотрел на подругу: – Чего ты опять? Это первая!
– Вторая.
– Ну вторая.
– Три сигареты в день. Не забыл?
– Нормально все. Одна на вечер осталась.
– Смотри у меня.
– Смотрю, смотрю, – пробурчал пиромант, затянулся и отвернулся ко мне: – Вот они, Евгений, радости семейной жизни.
– Тебя что-то не устраивает, дорогой? – елейным голосочком поинтересовалась девушка.
– Говорю ж: радости. Вер, ну куда мне без тебя?
– Я, кажется, вопрос задал, – напомнил я о себе.
– Держи. – Вера протянула мне завернутое в целлофановый пакетик удостоверение и предупредила: – С начальством лагерным сам разговаривать будешь.
– Ага, нам там ни к чему светиться, – подтвердил пиромант.
