Приграничье

У меня ж со вчерашнего дня и маковой росинки во рту не было…

– Другое дело, – одобрительно кивнул Ямин и столь же легко расправился со своей порцией сорокаградусной отравы. – Все, живем…

– И это радует.

– Что происходит, Евгений? – сразу встрепенулся Федор. – Что, блин, на фиг, такое происходит? Нас же убить пытались!

– Громкость убавь, – попросил я. – Не знаю, что происходит, но кто-то на нас сильно нагретый. Ты уверен, что серебро бесхозное?

– Я ж тебе говорю!

– Никто больше про него не знает?

– Нет.

– Тогда без понятия.

Тут принесли пельмени, и выяснение отношений как-то само собой сошло на нет. Перекусили, выпили компот. Помолчали. Первым не выдержал Федор:

– И что теперь делать?

– Серебро толкнем и на дно заляжем.

– Это понятно, с машиной что делать?

– А что с ней будет? – удивился я и достал из-за пояса жезл «свинцовых ос». Держа его под столом, открутил продолжающий рукоять полупустой цилиндр с зарядами и ввернул на его место новый. – Дорогу она не перегораживает. Угнать тоже не угонят. Пошлешь кого-нибудь забрать потом.

– Тебе легко говорить… – поморщился Федор и вдруг заметил мои манипуляции: – Ты чего это?!

– Так, на всякий случай, – усмехнулся я и спрятал жезл под куртку. – Случаи, сам знаешь, бывают разные…

– Ну ни фига себе, – только и выдохнул Ямин. – По такому случаю надо выпить!

– Мне хватит.

– Да по соточке всего!

– Хватит. Нельзя мне.

– А я выпью. – Федор подозвал разносчицу и заказал сто грамм водки.

– И рассчитайте нас, пожалуйста, – попросил я.

– Ты совсем не злоупотребляешь? – дожидаясь выпивки, спросил Ямин.

– Стараюсь.

В голове приятно шумело, но, к счастью, продолжать пьянку желания не было совершенно. И это просто здорово – никогда остановиться вовремя не умел.

– А чего так? – Федор тоскливо оглядел зал и оживился, заметив направлявшуюся к нашему столу официантку.

– Я ж ясновидящий чуток. – Выпитая водка все же развязала язык, и захотелось поговорить. – В курсе?

– Ну.

– Пьяному слишком трудно дар контролировать. А если до беспамятства напьюсь или, как сейчас, по башке получу, то и вообще туши свет…

– В смысле? – заинтересовался Ямин и даже отставил от себя стакан.

– Информация поступает в прежнем объеме, а обрабатывать ее некому, – усмехнулся я. – Тело начинает реагировать само… самостоятельно. Понимаешь?

– Нет.

Терпения Феди надолго не хватило, и он влил в себя водку.

– А непонятно просто, что подсознание выкинет. Могу человеку по морде съездить, и хорошо, если по делу. Но самое паскудное, потом не помню ничего. Просто провал в памяти образуется, и все.

– У меня такое тоже бывает, – хихикнул захмелевший парень. – Но это постараться надо так надраться!

– У всех бывает, не у всех проходит.