7
0— Что вы здесь делаете?!
Я же бросилась к Фионе, сидящей на диване с бледным лицом.
— С тобой все в порядке?!
— Что она говорит? Рене, что она говорит? — прошептала бедняжка, цепляясь за меня, как за спасительную соломинку.
— А что я такого сказала? Всего лишь правду! — Леонсия попятилась от Гериуса. — Правду должны знать все!
— Должны, но не таким образом! — рявкнул лорд Коулман. — Кто давал вам право говорить эту правду?!
— Да что в этом плохого?! — Леонсия гордо вздернула подбородок. — Теперь ваш род Коулманов стал чище, и в нем нет калек. Разве не чудесная новость? Мы станем одной семьей!
Я смотрела на нее и не понимала, как можно быть такой злобной тварью? Бедная Фиона сейчас должна жить в спокойствии и счастье, а не слушать всю эту мерзость!
Лицо Гериуса стало каменным, а в голосе зазвенел металл:
— Единственная калека здесь — это вы, леди Леонсия. Ваша душа больна настолько, что ее уже ничто не излечит. Уходите прочь из этого дома.
— Но…
— Немедленно! Если не хотите, чтобы я вас вышвырнул! — даже мы с Фионой подпрыгнули от его крика. — Не испытывайте мое терпение!
Леонсия поджала губы, вздернув подбородок. В этот момент она была ужасно похожа на леди Коулман. Одно и то же надменное, брезгливое лицо.
Девушка выскочила из гостиной, а Гериус направился к нам.
— Фиона, ты как?
— Я ничего не понимаю! — всхлипнула она, падая в его объятия. — Гериус, объясни мне, что происходит?!
Он присел рядом и, стараясь говорить очень мягко, рассказал ей всю правду. Мне было так жаль Фиону, что я сама не выдержала и расплакалась.
— Ты всегда останешься моей сестрой, дорогая. Ничто этого не изменит, — успокаивал ее лорд. — Подумаешь, не родная, а кузина! Мы родные по душе, а это самое главное!
— Да, да… — соглашалась она, вытирая слезы. — Ты прав… Но что теперь будет? Как же матушка? Лорд и леди Опри?
— Они поехали в «Рыжие болота», — ответил Гериус. — Как бы то ни было, у тебя есть семья и мы! Где его сиятельство?
— Он уехал в загородное поместье, чтобы подготовить его к моему приезду, — девушка высморкалась в кружевной платочек. — Мы хотим провести там зимние праздники.
— Может, тебе лучше побыть с нами? — предложила я. — Когда возвращается граф?
— Обещал, что его не будет не больше трех дней. Я не стесню вас? — девушка взглянула на меня покрасневшими глазами.
— Ни в коем случае! Мы найдем, чем заняться! — весело сказала я. — Тем более у нас завтра девичьи посиделки. Виолетта Монтгомери принесет свои чудесные «штучки»!
Лорд Коулман засмеялся и закатил глаза.
Фиона немного успокоилась, даже стала улыбаться.
Но этот день приготовил нам еще немало сюрпризов. Мы уже допивали чай, когда в гостиную ворвалась леди Опри.
— Девочка моя! Доченька! — она бросилась к растерявшейся Фионе и упала перед ней на колени.
