6
0
Он кажется слишком хладнокровным, чтобы испытывать зуд нетерпения, но в интонации голоса проскальзывает намёк на знакомство с такими горячими ощущениями."
"– А на обед или ужин мы вас всё же ждём, – уверяю я.
Арен обнимает меня за плечи:
– Понадобится помощь – зови.
– Непременно, – Саран, сжав ладонь Витории, первым протискивается в щель между скалами.
Её коса зажмуривается, задевает стенки лезвием.
Сухие ветки рассыпаются на угольные тлеющие цилиндрики, пламя захлёбывается в них, и темнота жадно отвоёвывает пещеру.
Протиснувшийся следом за Виторией Арен тянет меня за руку, и через минуту мы вчетвером оказываемся под звёздным небом.
Всё ещё немного настороженные, не вполне понимающие, что ожидать. Коса Витории всеми семью глазами рассматривает меня, и, чувствую, моё оружие изучает её не менее пристально.
Любопытство побеждает, и я спрашиваю:
– Витория, как ты смогла пробить щит Академии? Тогда ты не была денеей, откуда такая мощь?
Семь голубых глазищ вытаращиваются, и коса подпрыгивает в перевязи, вертится.
Витория закатывает глаза и поясняет:
– Свойство Семиглазки – абсорбировать в нас магию из окружающего мира и концентрировать для удара.
– То есть… – у меня в голове немного не укладывается, – она позволяет использовать не только твой собственный источник, но и магию окружающих?
– Есть определённые ограничения, – Витория пожимает плечом, – но в целом да. Основой моего оружия стала разновидность вестника, а поглощение магии – их свойство.
«Теперь понятно, почему она производит такое впечатление», – делится выводом Рассекающая. Чувствую, они с Пронзающим косу изучали, но до меня доносят лишь это короткое замечание.
Помедлив, Витория спрашивает:
– А твоё оружие что делает?
– Мм, стреляет и разрубает.
Кажется, это звучит немного глупо. Кошусь на Сарана. Он, кстати, явился на встречу без оружия. В знак добрых намерений?
– Мм, – Витория дёргает прядь волос. – Зато у тебя три оружия. Это круто.
Три… что-то маленький пистолет мне не досаждает, висит так незаметно, что я о нём забыла. С чего бы это?
– Мы к Эзалону, – Саран обхватывает Виторию за талию.
Их окутывает морозный вихрь, и через миг на припорошённых снегом камнях от них не остаётся и следа.
– Вот и поговорили, – задумчиво тяну я.
– Довольно неплохо, – Арен игриво пробегается пальцами по моей шее, между лопаток. – Ледяные драконы, как ты заметила, жёстче нас. В них более выражены звериные инстинкты, и сейчас, когда Эёран погибает, они должны чувствовать это острее, а такое чувство дружелюбия не добавляет. Впрочем, Саран… – Арен неопределённо покачивает головой.
– Но у вас вроде неплохие отношения.
