Плохиш

Бах! – и он уже выколачивает из сети нужную информацию. Как много можно узнать о людях из социальных сетей. Найти страницу Влады проще простого – через страницу Артема. У нее куча фоток с отметками месторасполажения. А вот и школа, где она учиться по обмену. Мудак с дредами учится там же. И даже подписан. Умница девочка.

Бах! – солнце за расшторенными окнами почти в зените.

Бах! – и хренов мудак с дредами выходит из школы и несколько часов шарится по городу. Озирается, перед тем как свернуть замызганную подворотню промышленного квартала.

Стас до самого носа раскатал воротник свитера, надвинул на глаза глубокий капюшон «толстовки». Бита в руке так приятно тяжелит ладонь.

Зацепить мудака, «развернуть» его плечом – и со всего размаху заехать по спине. Не в голову, чтобы мразь не отрубилась раньше времени.

Пока парень летит на землю, ошарашенный и безмолвный, выдернуть из кармана заготовленный моток бумажных полотенец, заткнуть им рот «Милого парня Лукаса».

Приходится сдерживаться, чтобы не убить его, хоть каждая нервная клетка в мозгу требует именно этого. Потому что это – мусор. А мусор никак не может быть полезен обществу.

«Она – девственница!» - вопит воспаленный от злости мозг.

Отбить мудаку яйца! Чтобы стал сраным импотентом. Чтобы до конца дней трахал только мозги своей ублюдочной мамаше.

Стас остановился только, когда парень почти перестал дергаться. Прошелся по его карманам: надо же, травка, экстези, прочая херота. Вот уж кто точно не побежит в полицию жаловаться. Где, блядь, у этих придурков глаза – такое чмо назначать куратором?!"

"И снова цепочка событий, в которых ему отведена роль стороннего наблюдателя. Сунуть биту под куртку, бросить ее в соседней подворотне. Куртку отдать какому-то бомжу. Перчатки сунуть в карман. «Порше» припаркован еще тремя кварталами ниже.

Завалиться домой, перезвонить Лиззи: с Владой все хорошо, в целости и сохранности привезена домой накануне вечером.

Выдохнуть.

И сорваться с поводка, чтобы хоть как-то сбросить напряжение. Внутри все звенит, рвется и взрывается. У него будто две головы вместо одной и в каждой происходит совершенно обособленный мыслительный процесс. Он как будто одновременно везде и все успевает. На вершине гребаного мира.

Непонятно каким образом в его руке снова оказался телефон. Стас сморгнул дымку, вырвался из плена сплетенных голых и потных женских тел. Судя по рукам и ногам, здесь их не меньше трех.

На экране висит куча ярлычков: неотвеченные звонки, входящие сообщения, почта, несколько чатов в вайбере.

И прозвище: Ванилька, которое запускает обратный отсчет его помутнения. Нужна всего пара минут, чтобы он пришел в себя, осознал, что почти целый день вылетел в трубу. И, опять – он почти нихрена не помнит.

Ванилька: Спасибо, что помог.