Плохиш

В тот вечер они как раз закончили очередной проект Артема, на который тот угробил кучу времени, а в итоге Стасу пришлось переделывать добрую половину в авральных темпах, потому что программа наотрез отказывалась работать. И на этот раз до Артема, кажется, начало доходить, что он малость промахнулся с выбором профессии. В доме Егоровых пахло свежей выпечкой: мама Влады волоком оттащила их с Артемом от компьютера на кухню где на столе стояло несколько огромных блюд с какими-то кренделями, пирожками и прочими вкусностями. Стас не долго ломался и схватит самый большой пирожок. Откусил – и часто задышал, остужая ломтик прямо во рту.

— Осторожнее, горячее, - с лукавым прищуром пожурила Егорова.

Телефон Артем издал характерный звук пришедшего в «вайбер» сообщения.

— Малая сбросила кучу фоток, - сказал он, листая пальцем по экрану.

Стас с трудом протолкнул кусок в горло.

— Дай матери посмотреть! – Мать Артема отобрала у него телефон, уселась за стол напротив.

Судя по выражению лица, снимки пришлись ей по душе. Правда, то, как женщина смахнула непролитые слезы красноречиво выдавало ее тоску.

— Я пойду. Забыл, что взял на выходные... - попытался уйти Стас, но закончить не смог."

"— Это кто такой? – Егорова поманила сына рукой, дождалась, пока тот подойдет и заглянет ей через плечо. – Не припомню его среди наших деток.

— Там же написано, ма, - раздраженно сказал Артем. И процитировал вслух: - «Это Лукас и он очень милый!»

— Милый? С вот этим... этими... штуками на голове? – Она покачала головой.

— Эти штуки называется «дрэды», - подсказал Артем и отобрал телефон, правда, после того, как мать потребовала с него клятвенное обещание скинуть ей все фотографии.

Артем уселся рядом, а потом, вспомнив что-то, вышел. Женщина вышла следом.

А взгляд Стаса упал на лежащих рядом телефон друга. Так близко. Только руку протяни.

Пофигу, просто блажь.

Включил экран, открыл вкладку.

Фотографий было действительно много, десятка три.

Апрель в Нью-Йорке выдался холодным, и на всех фотографиях Влада была то в пальто, то в теплой куртке до самых колен. С подружками, на занятиях, на ступеньках какого-то музея. Везде ее кто-то фотографировал. Везде: с улыбкой, пару раз с американским флагом на щеке, и два раза – в огромных солнцезащитных очках, в которых почему-то выглядела на пару лет старше. Возможно потому, что взгляд выдавал ее наивность с головой.

А на последней фотографии – единственном «селфи» в этой коллекции – был парень. Ее ровесник, с дикими белобрысыми дрэдами и одет как бомж, но не урод, и вроде даже не задохлик.

«Лукас!» - было приписано в комментарий к фото.

Лукас, с которым Влада сфотографировалась щека к щеке.

Лукас, чья рука как-то совсем по-хозяйски лежала у нее на талии.