Плохиш

"

"— Что смешного, Онегин? Рвота, знаешь ли, не лучшее украшение праздничного стола.

— Если я скажу, что охранительно рад осознавать, что тебя тошнит от моего ребенка, ты подумаешь, что я псих?

Она прикусила губу, подавляя панику.

— Побудешь тут без меня пару минут?

Влада кивнула и позволила Стасу расстелить на полу толстовку, пересадить ее туда, словно какое-то сокровище. Он ушел, а когда вернулся, то протянул три узких коробочки. Влада бегло пробежала по названиям – тесты на беременность. Взяла их дрожащими руками, все еще пытаясь найти подходящие слова, чтобы как-то объяснить, что произошедшее – не нарочно, и что она не планировала ничего такого.

— Справишься сама?

— Зачем столько-то?

— Хочу наверняка знать, что стану папашей. Черт!

Стас взъерошил волосы, и Влада со щемящей теплотой в сердце заметила, что его пальцы дрожат. И Темный взгляд кажется таким... бесконечно теплым и растерянным, что она не смогла подавить порыв крепко обнять его, уткнуться носом в теплую шею, всей грудью вдохнуть приятный, ни на что не похожий запах своего единственного мужчины. Он тут же обнял ее в ответ, и сжал так сильно, что ребра заныли от сладкой боли.

— Принцесса, никто никогда не защищал меня, - вдруг сказал Стас, выдохнув ей в макушку. – Ни разу в жизни никто не встал на мою сторону.

— Я всегда буду на твоей стороне, Стас. Даже если мир будет гореть, даже если все против нас ополчатся. И я не шутила, когда сказала, что загрызу ее.

— У меня и мысли не было думать, что ты шутишь. Моя маленькая ванильная кусачая принцесса. – Кажется, он выглядел полностью довольным.

Все три теста дали положительный результат.

Влада дала себе время успокоиться и переварить информацию. Прижала ладонь к животу, почему-то думая, что даже сейчас, каким бы н был срок, маленькая жизнь внутри нее все понимает и слышит. И знает, что ее уже любят.

— Ты будешь папой, Онегин, - объявила дрожащим голосом, когда нашла силы вернуться в комнату. И застала Стаса сидящим на полу, по привычке почесывающим кота за ухом. – Похоже, эти чудесные таблетки совсем мне не подошли.

— Ты расстроена? – осторожно спросил Стас.

— Расстроена тем, что у нас будет ребенок? Ты серьезно спрашиваешь? Перефразируй как-то свой вопрос, Онегин, иначе я тебя стукну.

Он схватил ее за руку, потянул вниз и одним махом подмял под себя, разглядывая с видом полного собственника.

— Я люблю тебя, Неваляшка, - сказал он шепотом, превращая мир вокруг в нечто безупречное, совершенное.