Плохиш

— Ты хоть представляешь, как сейчас выглядишь?

Глупый вопрос, ведь, судя по игривой улыбке, Неваляшка совершенно точно представляет, как выглядит. Совершенно голая, в одних чулках и красных туфлях, на черном кожаном сиденье с копной золотистых локонов, которые, блядь, так и просятся в кулак.

— Представляю, что ты со мной сделаешь, - ответила она, нарочно медленно поглаживая себя по животу.

— Скажи мне, - потребовал Стас, одним махом выскакивая из машины и распахивая дверь с ее стороны. Рывок – и Влада уже в его руках. Охренительно горячая, пахнущая как грех, от которого не оторваться. – Скажи, что за чертовы пункты в твоем плане, принцесса, пока я еще в состоянии соображать.

— Предпочитаю показать, - сбившимся голосом ответила она.

По ступенькам он почти уже бежал.

Ключ, щелчок замка, быстрая комбинация кнопок, чтобы снять сигнализацию.

Влада каким-то дьявольским образом вывернулась из его рук, добежала до душа, нырнула внутрь, до предела открывая вентиль горячей воды, подставляя свое тело под горячие струи. Отвлеклась лишь на то, чтобы сбросит туфли, и мигом стала мокрой с головы до ног. Ее кожа покрылась мурашками, соски встали, потемнели.

— Покажи мне то, что я не увидел в ресторане. – Стас рывками стаскивал одежду, со стоном облегчения избавился от трусов. Блядь, он хочет ее так сильно, что разорвется нахрен. И самое пугающее в этом всем то, что сдерживаться, терпеть, быть аккуратным и нежным больше нет ни времени, ни желания.

Влада послушно прижалась спиной к стенке душа, запустила пальцы между ног. Надавила – и вскрикнула от удовольствия. Она делала это снова и снова, поглаживая себя, словно чеку от гранаты, боясь прижать слишком сильно, чтобы не сорваться во взрыв. На миг приоткрыла глаза, чтобы обжечь его совершенно сумасшедшим взглядом.

— Иди ко мне – сыграем вместе.

Он практически ввалился следом, одной рукой опираясь в стенку у нее над головой, а другой поглаживая себя по всей длине. Вода жгла разгоряченную кожу, жалила и кусала, выуживая из тела остатки терпения.

— Быстрее, Онегин, - скомандовала Неваляшка.

— Ты вообще в курсе, что я еле держусь? – прорычал он, замирая, чтобы хоть немного успокоить рвущееся наружу сердце, и желание разрядки. Смотреть, как она ласкает себя было просто невыносимо, за гранью боли и отчаяния, за гранью этой долбаной реальности со всеми ее правилами и порядками. Чтобы между ними не происходило сейчас – и всю оставшуюся жизнь! – это всегда будет правильно.

Влада так резко потянула его на себя, что Стас не удержал равновесия, дал Влада развернуть его и прижать спиной к стенке.

— Давай, Онегин, покажи мне, что я не сахарная девочка, - потребовала срывающимся от желания голосом.