20
0
— Мне мое объяснение больше нравится, — сказал Мизинец, — и народу оно тоже придется по душе. В народе верят, что, если беременная женщина съест кролика, ребенок у нее родится с длинными ушами.
Серсея одарила Мизинца улыбкой, которую обычно приберегала для Джейме.
— Какой же вы злой, лорд Петир.
— Благодарю, ваше величество.
— И заядлый лжец к тому же, — далеко не столь ласково вставил Тирион. «Этот опаснее, чем я думал», — сказал он себе.
Зеленовато-серые глаза Мизинца встретились с разномастным взглядом карлика без малейшего смущения.
— У каждого из нас свой талант, милорд.
Королева была слишком захвачена желанием отомстить, чтобы заметить этот обмен любезностями.
— Обманут полоумным дураком! Станниса осмеют в каждом кабаке по эту сторону Узкого моря.
— Но это не должно исходить от нас, — сказал Тирион, — иначе всем станет ясно, что мы это сочинили, желая обелить себя.
У Мизинца и на это был готов ответ:
— Шлюхи любят посплетничать, а я как раз владею парой борделей. Варис тоже, без сомнения, сумеет посеять слухи в пивных и харчевнях.
— Где он, к слову сказать? — нахмурилась Серсея.
— Я сам желал бы это знать, ваше величество.
— Паук ткет свою тайную паутину днем и ночью, — зловеще сказал великий мейстер. — Я не доверяю ему, милорды.
— А он о вас отзывается хорошо. — Тирион слез со стула. Он-то знал, чем занят евнух, но остальным советникам знать это было не обязательно. — Прошу извинить, милорды, — меня ждут другие дела.
— Дела короля? — сразу насторожилась Серсея.
— Вам нет нужды о них беспокоиться.
— Об этом мне судить.
— Хочешь испортить мне сюрприз? Я готовлю Джоффри подарок — цепочку.
— На что ему твоя цепочка? У него их и так больше, чем нужно, и золотых, и серебряных.
— О, я уверен, что король и без того меня любит, как и я его. Я думаю также, что моя цепь однажды станет ему дороже всех остальных. — Тирион откланялся и вразвалку пошел к двери.
Бронн ждал у дверей зала совета, чтобы проводить его обратно в башню Десницы.
— Кузнецы ожидают твоего появления в твоей приемной, — сказал наемник, когда они шли через двор.
— Ожидают моего появления. Очень мило сказано, Бронн. Скоро ты станешь настоящим придворным — чего доброго, и колени начнешь преклонять.
— Не пошел бы ты, карлик.
— Охотно пошел бы — только к Шае. — Леди Танда весело махала Тириону с вершины лестницы. Он сделал вид, что не замечает ее, и прибавил шагу. — Позаботься, чтобы мне приготовили носилки. Я отправлюсь со двора, как только закончу с этим делом. — Двое Лунных Братьев несли караул у двери в башню. Тирион приветливо поздоровался с ними и скорчил гримасу, начиная взбираться по лестнице. От долгого подъема к опочивальне у него болели ноги.
